Лицо Ровены сильно напоминало лицо Серафины, но все же было другим — красивее, интереснее. Улучшенная версия. Как будто Ровена ставила целью прикинуться не Серафиной, а ее старшей сестрой или родственницей. Платье она украла или создала с помощью колдовства. А волосы собрала в сложную прическу. На взгляд Серафины, она выглядела одновременно необыкновенно красивой, величественной и злой.
Внешность Ровены можно было бы назвать безупречной, если бы, приглядевшись, Серафина не заметила у самого края высокого воротника след ужасной рваной раны, изуродовавшей нежную белую кожу. Решив остановить ведьму прежде, чем та возьмется за свое черное ремесло, Серафина направилась прямо к ней. Но, уже сделав несколько шагов, девочка услышала слова, от которых сердце ее упало.
— Хорошо, — спокойно сказал своей тете Брэден, который тоже заметил таинственную, но такую знакомую черноволосую девушку в зеленом платье, — я приглашу на танец ее.
— Замечательно, спасибо, Брэден, — проговорила миссис Вандербильт, не обратившая внимания на девушку, но обрадованная тем, что племянник в кои-то веки решил выполнить свой долг джентльмена и пригласить танцевать хотя бы одну девушку в зале.
— Нам знакома эта девушка? — спросил мистер Вандербильт, озабоченно рассматривая Ровену.
— Я уверена, что она из хорошей семьи, — ответила миссис Вандербильт, чрезвычайно довольная, что Брэден начал общаться с окружающими.
А Серафина последовала за Брэденом.
— Тебя не должно здесь быть! — зашипела Серафина на ведьму, когда мальчик подошел, чтобы пригласить Ровену на танец.
— Брысь, киска, не мешай мне работать, — чуть слышно прошептала Ровена, а затем подняла лицо и мило улыбнулась Брэдену.
Мальчик представился, поклонился и протянул руку в белой перчатке. Те, кто видел эту сцену, не заметили ничего особенного. Согласно бальному этикету, долгом всех молодых людей было приглашать девушек на танец, а позволить какой-либо барышне слишком долго оставаться без партнера было невежливо. Девушка со своей стороны не имела права отказать джентльмену, если он пригласил ее на танец по всем правилам. Оправданием могла служить только целиком заполненная приглашениями бальная книжечка.
— Меня зовут Брэден Вандербильт, — проговорил мальчик вежливо, но безразлично, протягивая руку Ровене. — Вы окажете мне честь потанцевать со мной?
— С удовольствием, сэр, — проговорила Ровена нежнейшим голоском с самым утонченным чарльстонским акцентом, какой только мог быть у красавицы с Юга, и вложила свою тонкую маленькую ручку в ладонь Брэдена.
32
Серафина беспомощно наблюдала за тем, как Брэден и Ровена медленно, по всем правилам, вышли на середину зала к остальным парам. Было очевидно, что он не узнал девушку, но сразу почувствовал к ней необъяснимую тягу.
— Только не ее, Брэден! — закричала Серафина. — Кого угодно, но только не ее!
Что же ей сделать, чтобы их остановить? Вызвать такой порыв ветра, который раскидает все ноты с пюпитров и остановит оркестр? Расплескать всю воду в фонтане на танцоров, чтобы они разбежались в разные стороны?
Ровена оперлась на руку Брэдена и заговорила с чарующим южным акцентом великосветской дамы.
— Я до смерти боялась, что никто не пригласит меня танцевать сегодня вечером, — проговорила она, глядя Брэдену в глаза. — Вы благородный джентльмен, поскольку спасли меня.
Она изображала такую тошнотворно милую барышню, что Серафине хотелось заорать во все горло.
Ровена собирается обмануть Брэдена! Но как? Что она задумала? А о чем думает Брэден? Почему он так себя ведет? Ведь он даже не знает, кто она такая! Он что, собирается танцевать, взявшись за ручки, с любой девицей, выползшей из леса в красивом платье и с затейливой прической? Да и как он собирается танцевать с ногой в каркасе? Ведь это больно, в лучшем случае — неудобно и нескладно.
Но Серафина и оглянуться не успела, как Брэден и Ровена встали друг против друга, как полагалось. Брэден убрал руки за спину и поклонился. В свою очередь, барышня низко присела, выставив вперед ножку, склонив голову и приподняв чуть согнутые в локтях, как крылья лебедя, руки.
— Это еще что?! — мысленно возмутилась Серафина.
А затем партнеры сошлись в танце, соблюдая все правила. Сначала они двигались медленно и плавно, в такт музыке и одновременно с другими парами. Когда оркестр заиграл быстрее, пара закружилась стремительнее — раз, два, три, раз, два, три. Они скользили по бальному залу легко и непринужденно, с удивительным изяществом и грацией.
У Серафины заныло в груди. Она и не знала, что Брэден умеет так хорошо танцевать. Еще удивительнее было то, что, несмотря на ногу в металлическом каркасе, он танцевал без видимых усилий. Обычно мальчик с трудом волочил больную ногу за собой даже при ходьбе, а тут порхал в вальсе так, что ступни едва касались паркета.
