— Максимум — сутки. Ты же знаешь, что её можно открыть в любой момент нашей реальности, даже если «там» несколько дней или даже лет прошло. Причём, исчезла без всякого предупреждения. У нас ещё вчера всё было готово, чтобы начать ту самую охоту, про которую мне Панкрат во время последнего посещения поручил устроить, а ни его самого, ни его «компаньона», ни «дыры».
— Кто-то ещё об этом знает?
И снова «князь» помотал головой.
— Только я да Чекист. Ну, братки, у которых возле неё пост. Да только тем пофиг, только радуются тому, что можно всю смену в тёплой будке сидеть и балду гонять.
— Ты знаешь, Андрон, а мне кажется, что пора бы и тревогу по этому поводу бить. По крайней мере, допросить Вовку, как такое могло получиться.
— Мы с Михаилом тоже решили так сделать. Но только если «дыра» и завтра с утра не откроется.
Судя по тому, что Верзилу с утра позвали в штаб, не открылась… В штаб на совещание «заместителей коменданта», в число которых входили он, Серый, Нестеров и «бригадир братков», отвечающих за охрану «дыры». Ну, и самого изобретателя «машины времени» пригласили в качестве наиглавнейшего эксперта в обсуждаемой проблеме.
Морда Фофана, которому объяснили ситуацию, тоже приняла задумчиво-озабоченный вид. Но он молчал, пока Андрон не попытался вырвать «ботана» в реальный мир.
— Да подожди ты, я думаю! — фыркнул тот, но дальше тянуть паузу «имени Станиславского» не стал, заговорив буквально через пару секунд. — У меня всего две версии произошедшего.
При этом он поднял вверх три пальца.
— Первая — Панкрат решил нам устроить этакий тест на то, как мы поведём себя в экстремальной ситуации. А вторая — установка гавкнулась так серьёзно, что восстановить её уже не смогли. Но такое маловероятно, поскольку я всё передал его людям. Абсолютно всё! И схемы, и расчёты параметров и режимов её узлов, и текст управляющей программы. Максимум, его людям нужно месяца три, чтобы всё восстановить, даже если там, в профилактории маленькая атомная бомбочка бабахнула. И открыть «дыру» из любого другого места в тот же самый день, когда она закрылась.
— Ну, а чё ты тогда третий палец оттопыривал? — скорчил недовольную минут «бригадир братков» Крафт, оставленный Панкратовым вместе с теми «пацанами», которым «смотрящий» доверял.
— Для того, чтобы додумать эту версию, мне кое-какая информация нужна. Вот твои ребята, которые, как я знаю, на посту частенько по рации языки чешут с теми, которые по другую строну «дыры» дежурят, ничего не слышали о том, что её собираются открыть в какое-то другое место и время? Хотя бы ненадолго.
Пока Крафт мотал головой и обещал расспросить «пацанов», его опередил Минкин.
— Собирались, Вова. Собирались. Панкрат, когда мне задачи на ближайшее время ставил, говорил, что «казанские» собираются бабки в проект вложить. Но для начала хотят поучаствовать в какой-то «бараньей битве».
— Ну, всё, — после паузы в несколько секунд вздохнул Лесников. — Поздравляю!
— Чё за такая у них битва с баранами?
— Да не с баранами, Лёша, — нервно хохотнул Фофан. — А с монголами. Предков татар, булгаров. В 1223 году, вскоре после сражения на Калке. В ней будущие казанские татары монголов не только отделали, как бог черепаху, но и тысячи четыре в плен взяли. А потом обменяли на баранов — по одному барану за каждого пленного.
— А нам-то чё с этого?
— Уже ничего. Ни связи с двадцатым веком, ни шмоток оттуда, ни возможности когда-нибудь вернуться туда. В общем, Алексей, постарайся понять то, что я говорю: вмешавшись в ту битву, «казанские» что-то изменили такое, что коснулось и того, с чем мы здесь уже сталкивались. Что — я не знаю и уже никогда не узнаю. Скорее всего, грохнули кого-то из монголов, которые тусовались у нас возле базы или которых наши «охотники» зачистили во время поездок в степь. Так что ход событий у нас пошёл немного по другому руслу. С того самого момента, когда «казанские» грохнули того самого монгола. И теперь существует два разных мира, в одном из которых его пришили «казанские», а во втором, нашем, кончили мы. Повторяю: это не точно, это — один из возможных вариантов появления отдельной «ветви» истории. И «дыра» теперь ведёт не в наш мир, а в тот, куда казанские шлялись. Всё, Лёха. Снимай своих «братков» с поста: «дыра» к нам больше не откроется. Никогда. И жить нам тут придётся, опираясь только на собственные силы.
— Херня какая-то, — растерянно пробормотал «бригадир».
