— Именно Магнус смог сделать так, чтобы древняя магия, эта маленькая крошка-убийца, уснула и дала проходу обычным чарам, такими, какими ты их видишь теперь. Если бы он этого не сделал, то я бы сошла с ума и умерла, как многие маги, попавшие в моё нелёгкое положение. Уж поверь, недолго было до этой грани.
— А что ты хочешь забрать в доме Магнуса?
— Ещё перед битвой он написал завещание, в котором прописано, что дом и всё что там находится, после его безвременной кончины будет принадлежать мне. Я говорила ему, чтобы он ничего не писал — дурная примета. Но Магнус всегда был упрямым и умел смотреть в будущее.
— Так ты можешь остаться в его доме. Не думаю, что Мандериус пойдёт разрушать дом своего брата.
— Что-то мне подсказывает, что этим он и собирается заняться в ближайшее время. Ты ведь знаешь, что душа после своей смерти любит посещать места, где она жила, гуляла, родилась. Так как Адам был пробуждён через тело, чужое тело, а именно Магнуса, то прямая связь между душой хозяина и существом в его теле ещё будет существовать несколько дней. Побывать в доме захочет Магнус, а Адам не сможет противиться этому желанию, каким бы всемогущим созданием он там ни был. В этом я уверена. Читала в какой-то книжке про воскрешения. А Мандериусу не нужно, чтобы Анорамонд отвлекался на всякие мелкие дела. Уничтожить дом, чтобы стереть все земные притяжения брата — наиболее разумный выход.
— Тогда отправимся после ужина? — в глубине души Эрик вообще не хотел покидать тёплые владения мистера Стефэнаса, но и отпускать девушку одну, он тоже не хотел — из рассказа мистера Стефэнаса ему стало вполне ясно, что Анорамонд — существо, с которыми поодиночке лучше не связываться. Или вообще не связываться: ни одному древнему магу так и не удалось одолеть Адама.
— Лучше сейчас.
— Хорошо, — борясь с диким желанием укутаться в шелковые недра одеяла и никогда впредь не вылезать из кровати, Эрик сонно посмотрел на Эбигейл, — ты сможешь телепортировать нас из замка мистера Стефэнаса? Нам ничего не помещает?
— Смогу, — жизнерадостно ответила та, — тут нет запрещающих на это чар. Держись крепко за меня, — Эбигейл протянула свою руку, и Эрик сжал её, в надежде, что всё-таки мистер Стефэнас обложил свой замок сотнями магических чар.
Через мгновение они появились возле догорающего дома доктора Магнуса: стены зияли дырами, дверь была широко распахнута и пылала пунцовым огнём, окна были разбиты, точно кто-то бросал в них камнями. Эрик несдержанно ругнулся, а Эбигейл побелела.
— Опоздали, — простонала она и кинулась к дверям.
Эрик хотел проорать что-то про ловушку и Мандериуса. Что-то про Анорамонда и химеру, но Эбигейл ворвалась в пылающий дом, как неопытный пожарный — Эрик сразу понял, что спасать уже было нечего.
— Не ходи туда, — он сорвался с места и живо ринулся за Эбигейл, но было уже поздно. Ведьма растворилась в едком сизом дыме.
Оказавшись внутри, Эрик встретился взглядом с Мандериусом. Колдун стоял, как вкопанный, а его лицо стягивала гримаса отвращения. Пожар прошёл внезапно, как летний дождь, а дымовые столбы рухнули в пол и исчезли, точно их никогда не было. Всё стало мрачным, пустым и ясным. Ясным, что сюда им с Эбигейл не стоило приходить. Эрик дёрнулся в ту часть разрушенного дома, где раньше была дверь, но встретился с чёрной, как сажа стеной.
— Я ожидал, что ты притащишь мальчишку, — Мандериус раскатисто засмеялся, — это так предсказуемо.
— Ты, — Эбигейл сжала руки в кулаки, но тут же беспомощно их разжала, — как ты посмел сюда явиться? — слёзы брызнули из её глаз, и девушка шатнулась в сторону.
— Посмел, да не один. — Мандериус отошёл в сторону, а Эрика будто обдало кипятком.
Это был уже не человек. Это было нечто, которое некогда называли человеком и доктором Магнусом. Оно было выше, гораздо выше человека и тоньше — тело Магнуса истончилось настолько, что Эрик видел перед собой только скелет, кое-как затянутый кожей. Серая, она местами обуглилась и хлопьями слезала с костей. Позади Анорамонда, на неестественно выгнутой спине, вонзаясь в грязную рубашку, торчали окровавленные шипы. Волосы Магнуса — сальные и блёклые — прилипали к впалому лицу, но не закрывая при этом, жутких, алых глаз с чёрными, вертикальными зрачками.
— Эрик Беккет, — Анорамонд хищно улыбнулся. Голос прежнего хозяина тела сильно изменился. А в самом мирном и рассудительном Магнусе появилось что-то ужасное и холодное. Эрик почувствовал, как закружилась голова, словно кто-то залез туда и стал копаться в его мыслях, страхах. Тихий голос Анорамонда эхом отозвался по пустынным коридорам. — Я ждал нашей встречи.
— Адам, — Эрик с вызовом сделал шаг вперёд, заслоняя побелевшую Эбигейл, которая при виде Анорамонда совсем потерялась.
— Она нам не нужна, — прошипел, вылитый змей, Мандериус, недобро надвигаясь на Эбигейл, — другое дело — ты, Эрик.
— Достаточно, — страшные глаза Адама пристально разглядывали Эрика, — Найтмар.