— Это случайно не… — Питер встревожено задёргал Эрика за рукав, указывая на небольшую площадку на которой стояли никто иные, как золотые грифоны. — Не те ли самые грифоны из Библиотеки? — глотая воздух, спросил Питер.
Эрик изумлённо вытаращился на мистера Стефэнаса.
— Мистер Стефэнас! Откуда у вас эти грифоны?
— Понятия не имею, — несколько сдержанно ответил колдун, — прилетели и окаменели. Я их совершенно не кормил. Вот и зачахли.
— Я знаю, что эти существа раньше были в Библиотеке. Это вы их оживили? Тогда, когда я сражался с Мандериусом?
— Кого? Вы про что вообще? — Мистер Стефэнас сощурился и вопросительно глянул на обоих, — я окончательно потерялся в вашей логике, жеребята. Вы оба с ума что ли сошли на фоне переживаний?
— Золотых грифонов, — выговаривая каждую букву, прочеканил Эрик. Он почувствовал, что друг мистера Лендера что-то скрывает. Или ему хотелось в это верить.
— Ваша прозорливость и избыточная любознательность меня поражает всё сильнее и сильнее. Кто вам, мои дорогие жеребята, сказал, что это те самые грифоны из той самой библиотеки? — древний маг не сводил своих блёклых глаз с лиц друзей, — вам в голову не приходило, что это могут быть совершенно другие грифоны?
— Но они так похожи на тех, — промямлил Питер.
— Похожи на тех, — повышая голос, передразнил мистер Стефэнас, — впредь не беспокойте меня по мелочам. Терпеть этого не могу.
Мистер Стефэнас хмыкнул и ускорил шаг, догоняя мистера Лендера.
— Он что-то скрывает. Что-то про грифонов. Я в этом уверен. И мне кажется, что мистер Стефэнас каким-то образом связан с тем, что произошло в библиотеке, — тихо, едва шевеля губами, произнёс Эрик.
Питер кивнул и насупившись добавил:
— Но пойди к нему да скажи это, он самого тебя превратит в грифона. При чём в страшненького.
Эрик не стал продолжать спор. У него не осталось сомнений, что это те самые спасители его жизни, и что именно Алеред их оживил при помощи древней магии — Эрик отчётливо помнил, как грифонов окутало пламя — верный признак вмешательства колдовства. Спор сводился в тупик из-за упрямства мистера Стефэнаса. Из их знакомства он понял, что тот, будучи своих особых нравов, никогда не признает своей добродетели, а спорить с этим человеком сейчас бесполезно и страшно глупо. Поэтому Эрик решил дальше высматривать промелькивающие перед глазами любопытные пейзажи. Догнав Эбигейл и поравнявшись с ведьмой, Эрик робко улыбнулся ей. Красивые виды создавали относительно романтическое настроение, и, воодушевившись, он решил не упускать момент и побыть наедине с девушкой. Почти наедине. Питер, хоть и отставал на пару метров, всё равно то и дело оказывался поблизости. Стараясь добежать до своих друзей, он глубоко всасывал носом воздух, тем самым намекая, что Эрик и Эбигейл не одни, а с постоянно нагоняющим их пылесосом. Эрик с трепетом дотронулся до руки Эбигейл, оказавшейся нежнее лепестков розы, и кивнул в сторону: вдоль каменной дороги, ведущей к особняку, ютились зелёные кустарники с диковинными, бледно-золотистого окраса бутонами.
— Это целебные цветы, — шёпотом проговорила Эбигейл, когда они проходили мимо, — невероятно, их достать практически невозможно.
«Наверное, мистер Стефэнас их украл, а владельцев убил», — с раздражением заподозрил Эрик. Чем больше Эбигейл стала обращать внимания на Алереда, выглядевшего гораздо моложе своего возраста, тем сильнее становилось его возмущение.
— А ты знала, что у мистера Стефэнаса есть жена? — С неприкрытой иронией спросил Эрик, — и дети, — невзначай добавил он.
— Я не знала. А к чему ты вообще это сказал?
— Просто, — пожал плечами Эрик, а про себя отметил, что девушка, всё же расстроилась, услышав про спутницу её нового знакомого.
Мистер Стефэнас остановился подле двухъярусной двери и легким жестом руки пригласил друзей в дом.
— Вы проходите, а мне нужно завершить кое-какие дела, но не стоит переживать, я непременно подойду к ужину.
— Пошёл пить в свой секретный погреб, — пошутил Питер, стирая с себя капельки пота и в следующую секунду жалея о сказанном.
Мистер Стефэнас резко развернулся на каблуках и поморщив нос, щёлкнул пальцами. Губы Питера слиплись, превращаясь в однородную кашу, а глаз от страха полезли на лоб. С ужасом, Питер стал ощупывать место, где некогда был полноценный рот.
— Что я говорил про спины и разговоры позади них? Не понимаем слов? Значит, буду учить действиями. Помолчишь денёк-другой, может быть, научишься вести себя, как подобает, а нет — сбросишь парочку килограммов.
Питер умоляюще посмотрел на мужчину и жалобно заскулил.
— Хоть убей, не понимаю, что ты там бормочешь. — Мистер Стефэнас издал сдавленный смешок и растворился в воздухе.
— Ммм, — неразборчиво промычал Питер и уныло поплёлся в дом вслед за своими друзьями.
Внутри дома мистера Стефэнаса ребят ожидало не меньшее великолепие, чем снаружи: огромный зал, в котором оказались друзья, был сплошь заполнен диковинными скульптурами и необычными вещами. В центре стояло декоративное дерево, ветви которого упирались в белоснежный потолок. Вместо люстр в качестве освещения пылали молочные огоньки.