Я нахмурилась и кивнула. Но тут же пристально взглянула на жениха, обоснованно молчавшего все это время. Естественно он будет сидеть тихо – кому понравится раскрывать свои тайны.
– Это мы с тобой ничего не знаем, пап. А вот Лорд Вольтер…
Последний улыбнулся мне, подался вперед, словно желая слегка надавить на мою решимость, и отобрал у меня уже замученный от нервов карандаш.
– Договорились, – он положил писчий предмет на столик к листу бумаги и откинулся на спинку кресла.
У меня же загорелись глаза. Вот так просто? Что-то мне подсказывает, что и сейчас могут возникнуть подводные камни. Но упускать такой шанс я точно бы не стала.
– Ты нашел что-нибудь по Алессе Варг? – спросила я то, что мучало меня сильнее всего.
Вольтер нахмурился, вся его напускная безвраждебность вмиг преобразовалась в напряженность на границе с агрессией. Неужели он думал, что я спрошу что-то другое?
– Нет.
Я кивнула, почему-то изначально понимая, что он скажет мне.
– Как такое возможно? Нигде даже упоминаний о ней нет! – скорее самой себе сказала я.
Лорд же принял все на себя.
– Без понятия.
Взглянула на него, сузив глаза. Бесит его холодность и грубость. Тем более, когда видела, что он может по-другому.
– Зачем тебе это всё? Помолвка, договор… я? – если не хочет отвечать на простые вопросы, пусть попробует отбиться от откровенной провокации.
Вольтер многозначительно улыбнулся, сверкнул глазами и подался вперёд.
– Я уже отвечал.
Ну да, только откровенностей от него и жди. Хотя, было глупо рассчитывать не что-то другое.
– Хорошо, – я задумчиво опустила голову на локоть, пальцем другой руки вычерчивая узор на столике, – если я «пропела» предсказание, то оно точно произойдет?
Феликс хмыкнул и, наклонив голову набок, произнес:
– Очевидно, да.
Вновь мой отстраненный кивок.
– Ага. Значит, если та женщина спровоцировала меня петь, то…
– Спровоцировала? – перебил меня отец, сузив глаза от злости и непонимания, – значит в прошлый взрыв было что-то подобное?!
Отлично. Кажется, та самая я, которая всеподмечающая и запоминающая в прошлый разговор упустила такой факт, как странные слова.
– Она тогда сказала мне «Спой мне, птичка». В этот раз то же самое было написано на клочке бумаги, – щеки заалели – мне определенно было стыдно за свою глупость.
Мужчины же не обратили внимания на мое поведение, переглянувшись и замерли, думая, кажется, об одном и том же.
В дверь постучали. В кабинет вошла девушка-служанка, коротко поклонилась и быстро разнесла чай каждому из присутствующих. Рядом со мной отдельно были поставлены печеньки, варенье и конфеты. Кажется, отец подумал о том, что я в конец обессилила. Или мне таким образом был передан кухонный привет. Сказала девушке тихое «Спасибо» и поймав счастливую улыбку, поняла, что второе. Было приятно. Пусть это сделала и не Вильгельм.
Стоило девушке в очередной раз поклониться и спиной вперед выйти из кабинета, как Князь сделал предположение, опередив отца:
– Это могли подстроить или висталки, или Богиня Грим. У первых, насколько я знаю, очевидной мотивации нет. Если только им самим не угрожает опасность.
Папа кивнул, нахмурился и поднес к губам чашку чая. Я же отодвинула поднос в сторону и, схватив многострадальный карандаш, начала вспоминать слова песни. Однако долго корпеть над этим мне не пришлось – я помнила их настолько хорошо, что даже засомневалась, что могу так.
– У Грим кажется серые глаза, – задумчив произнес Вильгельм и сделал глоток из чашки.
Еще минута в молчании, и я протягиваю Вольтеру исписанный моими размашистыми каракулями листок, в тайне надеясь, что он ничего не поймет. Наверное, во мне говорит злорадство и обида. За что только?
С каждой прочитанной строчкой Лорд все больше темнел лицом. На последних предложениях на его скулах заходили желваки, а взгляд стал пассивно-агрессивным.
– Знаете, меня в этой «песенке» не смущает даже приближающаяся война. Но если подумать, то «черный волк» это курт, да? – я кивнула самой себе и проследила за напрягшимся Вольтером и слегка испугавшимся отцом, – то «провидица Луны» – висталка. Что-то тут не сходится. Потому что словосочетание «станет сердцем» несовместимо с основной концепцией взаимоотношений этих двух рас, не думаете?
Оба Лорда почти синхронно отвернулись к окну. Вильгельм так еще вздохнул тяжело. Я опять чего-то не знаю?
– Я, конечно, понимаю, что у Деймоса с логикой плохо, но тут просто генетическое несовпадение, – реагировать на мои рассуждения вслух никто не собирался, потому я продолжила, – хотя… драконы же вроде как яйцекладущие, однако с людьми скрещиваются. Так же, как и русалки, которые вообще икринками размножаются! – я хмыкнула и задумалась, – ну уж нет! Где вы видели волка, пускай и разумного и… девушку. Хвостатую. Синюю. Тут уже… эм… зоофилией пахнет.
– Все. Хватит! – зарычал Феликс, прерывая мой странный монолог на тему размножения рас.
Но то ли у меня что-то замкнуло, то ли где-то в глубине что-то требовало справедливости, однако я отвернулась к печенькам и пробурчала:
– С генетикой не поспоришь, Лорд Вольтер!
