– Рэми, давай разбираться теперь, что делать дальше. Мы все, прежде чем принимать дальнейшие решения, хотим узнать, чего хочешь ты, – декларировал он.
От таких деклараций принцесса растерялась настолько, что потеряла контроль над выражением своего лица. Вместо удачного надменного ракурса оно вытянулось, а изящный рисунок бровей поломался. Эртан следил за этой переменой с недоумением: как ему казалось, вопрос его не должен был показаться чрезмерно сложным. Однако мелькнувшая в её глазах растерянность натолкнула его на верные мысли, и он уточнил:
– Тебя обычно не спрашивают, чего ты хочешь, да?
Рэми, возвращая контроль над лицом, хлопнула ресницами:
– Да, – сказала она и чопорно поджала губы: – Жизнь принцессы подчиняется понятию долга, не личных желаний.
Приподняв брови, Эртан сделал изящный взмах рукой и отметил:
– Так то – жизнь ниийской принцессы. А ты теперь жена повелителя Мариана, так что прежние правила на тебя больше не распространяются.
Понимая всё меньше, Рэми нахмурилась и смерила его тяжёлым взглядом:
– И каким же правилам подчиняется моя жизнь теперь? – чуя подвох, уточнила она.
Картинно поозиравшись по сторонам и деланно задумавшись, Эртан не разочаровал:
– Похоже… слушай, а ведь вправду! По всему выходит, что теперь твоя жизнь подчиняется тем правилам, которые устанавливаю я! – с показным изумлением и восторгом резюмировал он.
– Прекрасно, – сложила руки на груди Рэми, посылая ему холодный взгляд. – И будет ли ваше повелительство так любезно, чтобы разъяснить мне, в чём именно эти правила заключаются?
Выпятив грудь колесом, его повелительство принял на себя самый торжественный вид и тоном восседающего на троне императора поведал:
– Конечно, я буду столь любезен! – и снова перешёл на дружелюбную манеру: – Полагаю, ни в чём.
От неожиданности Рэми закашлялась.
– В смысле? – переспросила она.
– А без смысла, – легкомысленно закинул ноги на противоположную скамейку Эртан.
Рэми похлопала ресницами.
Эртан возвёл глаза к небу.
– И какие же правила я должен для тебя устанавливать, драгоценная? – с насмешкой спросил он. – Живи как знаешь. Хочешь по долгу – живи по долгу. Нет – нет. Жизнь твоя, и я за тебя решать не намерен.
Она в потрясении молчала так долго, что он снова был вынужден вернуть её к теме размышлений:
– И всё-таки было бы здорово, если бы ты разобралась, чего хочешь дальше. Нет, конечно, – поспешно добавил он, – мы можем просто с успехом игнорировать ситуацию. Почему бы нет? Игнорирование проблемы – это тоже выбор не хуже прочих, – пожал он плечами.
Посмотрев на него очень серьёзно, Рэми нашла в себе силы признаться:
– Эртан. Но я не знаю, чего я хочу. – замявшись, она попыталась оправдаться: – Я никогда не мыслила подобным категориями.
Спустив ноги и подавшись к ней, он предложил:
– Попробуй от обратного. Чего ты не хочешь? – и тут же по лицу догадавшись о том, что в первую очередь пришло ей в голову, поспешно воскликнул: – Умоляю, только не озвучивай очевидного, не надо так топтаться по моей мужской гордости, я и вчера всё понял с первого раза! – поднял он руки, капитулируя.
Хотя он сказал это шутливо и явно в попытках её ободрить и рассмешить, она, напротив, покраснела и почувствовала глубокий укор совести. До неё только в этот момент дошло, что её холодное отношение задело его за живое и, видимо, отчасти ранило – она уже успела заметить за ним ту черту, что он всегда начинал отчаянно высмеивать то, что причиняло ему боль.
Так и не сумев разобраться в себе, Рэми умело перевела стрелки:
– А чего хочешь ты? – спросила она.
Он ответил быстро и хмуро:
– Чего хотел я – то нам не подошло.
По его лицу было понятно, что он не намерен обсуждать этот момент, но Рэми не была бы Рэми, если бы у неё не вырвался провокационный вопрос:
– И ты так просто отказался от своих желаний только потому, что этого не хочу я?
Едва выговорив это, она тут же поняла, что сглупила, и что не стоит дразнить человека, от которого ты зависишь. С другой стороны, возможно, оно подсознательно хотела испытать границы его терпения и выяснить, можно ли на них положиться.
– Рискуешь, Рэми? – оценил промелькнувший на её лице испуг поднятием бровей Эртан. – Ну, предположим, – он спокойно вытянул ноги и выдал пропозицию: – Я хочу, чтобы следующий марианский ралэс был родственником ниийскому королю. Готова обсудить? – насмешливо предложил он.
Покраснев, она о чём-то задумалась, потом тихо выдала:
– Я хочу домой.
С деланным безразличием Эртан пожал плечами:
