«Как хорошо! Выходит, я не такая бесполезная, как мне казалось…» – с гордостью подумал Анна. Она переоделась и направилась в комнату мадам Гришо. Однако шла она к ней не столько за деньгами, сколько из-за желания поговорить. Этот час показался ей наиболее подходящим для просьбы, которую Анна почти решилась выразить напрямую.
Подойдя к двери, Анна постучала и, услышав позволение, вошла внутрь. В комнате находились только мадам Гришо и её дымчато-серая толстая кошка. Жозефин сосредоточенно, боясь сбиться, пересчитывала купюры, разбросанные на её столе, и, лишь насчитав необходимую сумму, она перевела на Анну взгляд.
– Вот, это для тебя! – мадам Гришо встала и протянула Анне деньги. – Ты это заслужила, дорогая, хоть и работаешь у меня всего неделю. Я ещё никем не была так довольна, как тобой!
– Благодарю, Жозефин! Вы очень добры! Это первые деньги в моей жизни, которые я заработала своим трудом. Однако, прежде чем взять их, я бы хотела поговорить с Вами.
– Конечно! – мадам Гришо положила деньги обратно на стол и пригласила Анну присесть. – Нас не потревожат: девочки уже ушли.
– Жозефин, комната, в которой сейчас живём я и мой брат, мы… – Анне внезапно стало неловко, и она замешкалась и замолчала.
– Милая, долой стеснение и скромность! Если я не ошибаюсь, то мы с тобой близки, как мать и дочь. Поэтому прошу, говори всё как есть!
– Хорошо! – Анна облегчённо выдохнула, – Просто я подумала, что моя просьба прозвучит чересчур нескромно.
– Мы не при дворе Её Величества, и я вовсе не знатная особа. Ты можешь говорить всё, что вздумается. Предрассудки загоняют в рамки, зажимают в силки, лишая свободы слов и действий. Если ты считаешь необходимым о чём-то сказать – говори! Если что-то нужно сделать – делай! И никогда не думай, что это кто-то не одобрит или же плохо воспримет. Напротив – всем нравятся сильные и уверенные в себе люди, а в сочетании с красотой такая комбинация будет просто беспроигрышной!
Анна очень уважала мадам Гришо и восхищалась ею. Каждый её совет она впитывала в себя немедля. Конечно, Жозефин была абсолютной противоположностью её матери, леди Рочфорд: она совсем не была покорной и скромной. Маргарет передала дочери все свои качества: нежность, искренность, чистоту души, застенчивость, ангельскую доброту и силу спокойствия. Всё это Анна надёжно берегла в своём сердце. Избавиться от бесценных подарков матери она не собиралась и всегда помнила о них. Но все они являли лишь светлую сторону. Анна поняла, что имея лишь её одну, жить слишком сложно. Для полного совершенства ей было необходимо создать и тёмную половину самой себя. И только мадам Гришо, свободная, сильная и неукротимая, словно восточный ветер, женщина, могла дать ей это.
Анна слегка приподняла подбородок и взгляд её стал более уверенным.
– Жозефин, я и мой брат уже завтра днём должны покинуть комнату миссис Бэртни. Она довольно удобная, но находится в другой части города. Большую часть дня я провожу здесь. Мой брат постоянно один, готовить он не умеет, хотя и я неблестящая кухарка. Дома у меня очень мало времени, и теперь он почти каждый раз остаётся без ужина, – объясняла Анна. – Я долго размышляла над попыткой найти выход и в итоге пришла к одной мысли: что, если вместо платы за мои выступления я и Томас поселимся здесь, пусть даже в самой крошечной комнате? Том очень умный, и он тоже не будет бесполезным. Если Вы поручите ему какую-либо работу, он с радостью всё выполнит. Нас обоих убивает разлука. Том – всё, что у меня есть, и мне бы хотелось, чтобы мы находились рядом друг с другом постоянно. – Анна с надеждой посмотрела на мадам Гришо.
– Я совершенно не против, и мне даже нравится такая идея! – улыбнулась Жозефин. – Звезда моего шоу должна всегда выглядеть свежо и чувствовать себя отдохнувшей. Поэтому и мне самой на руку, что ты не будешь утомлена излишней беготнёй по городу и готовкой. А твой брат мне совсем не помешает. Уверена, он такой же очаровательный, как и его сестра. Но деньги всё же возьми, я настаиваю! – мадам Гришо повернулась к столу, взяла сложенные для Анны купюры и вложила в её руку. – Нет-нет, ничего не желаю слушать!
Великодушие мадам Гришо тронуло Анну до глубины души. Даже в своей родной тёте она не нашла и малой доли того добра, что дала ей Жозефин, совершенно посторонняя женщина.
Утром Анна проснулась раньше Томаса. Он ещё крепко спал, а она, вдохновлённая переездом, привела себя в порядок и принялась упаковывать вещи. Ещё вчера вечером она рассказала Томасу о приятных переменах, и он был несказанно рад. К моменту его пробуждения всё было готово: чемодан и саквояж стояли у двери, а Анна сидела у туалетного столика и завязывала на волосах атласную ленту.
– Ты уже встала? – Том потёр глаза и приподнялся, опершись на локти. – О, и вещи уже уложены?
– Да, всё готово! Мне не терпится скорее переехать! Давай собирайся, а я пока заварю чай.
