– С каждым днём Вы становитесь всё прекраснее! – сказал однажды молодой офицер, вручая Анне букет роз после завершения одного из вечеров.
Любая другая девушка в тот же миг потеряла бы голову от его глубокого и чувственного взгляда. Но только не Анна. Этот офицер, как и все прочие мужчины, был ей безразличен. Единственным, что её теперь интересовало, являлся поиск возможности вернуться в былую жизнь вместе с Томасом, а также – забрать всё, что ей когда-то принадлежало.
– Благодарю Вас за слова и цветы! Букет очарователен! – ответила Анна и с наслаждением поднесла цветы к лицу, желая ощутить их аромат.
– Анна, если бы только Вы сказали мне «Да», я сделал бы для Вас что угодно! – с надеждой в голосе и искрами влюблённости в глазах произнёс офицер.
Анна подняла на него глаза, по-прежнему вдыхая нежный запах цветов. Её пленительный и загадочный взгляд ничего не означал и не давал обещания, однако в молодого мужчину он вселил сразу тысячу надежд.
Подобные сцены признаний и восхищения стали для Анны неотъемлемой частью всех вечеров. После каждого шоу вся её гримёрная была буквально усыпана цветами и напоминала оранжерею.
– Ещё один букет? – спросил Том, когда Анна вернулась в их комнату.
– Да, самый большой из всех, что мне сегодня подарили. Цветов так много, что я уже начинаю подумывать об открытии цветочной лавки, – она весело рассмеялась. – Конечно же, я шучу! Почти все букеты я раздала девочкам. А этот… – Анна прошлась по комнате и обнаружила, что вазы заняты другими букетами, – этот я, пожалуй, отнесу мадам Гришо. Она обожает розы!
Подарки, цветы, внимание и сотни комплиментов от безумно влюблённых мужчин, позволили Анне понять одну очень важную вещь: как же сильно она недооценивала себя раньше!
Прошло несколько недель. Нынче октябрь выдался как никогда приятным. Дожди напоминали о себе не так часто, и, хотя томное, совсем остывшее солнце появлялось всё реже, тишина и безветренность до глубины пропитанного запахом осени воздуха так и манила отправиться на прогулку. Этот день начался вполне обычно и, казалось, ничего особенного не предвещал. От вчерашнего дня его отличало лишь одно: у Анны был выходной. И так как, в отличие от других девушек, репетиции у неё не было, Анна и Том решили пообедать и совершить прогулку по городу и его окрестностям. Было бы действительно грешно оставаться за стенами дома в столь приятный день.
А тем временем в кабаре началась репетиция. Мадам Гришо смотрела номер и с серьёзным лицом, будто постановщик театральной пьесы, вносила поправки.
– Нет-нет, Софи, так не годится! – недовольно крикнула она, и музыка тут же стихла. – Своим высоким ростом ты прячешь Элен. Немедленно встань возле Джодит! – приказала Жозефин, и девушка, не возражая, перешла на другое место. – Вот так! Тебя и оттуда видно не хуже. Однако теперь твоя спина никого не загораживает. Карин, начни играть со второй части.
Музыка снова зазвучала, и девушки с яркими улыбками снова продолжили танец. В первую минуту мадам Гришо внимательно наблюдала за их действиями, но после её взгляд стал совсем отречённым.
– Карин, останови музыку! – вдруг воскликнула она. – Какое сегодня число?
– Двадцатое! – не задумываясь и хором ответили девушки.
Жозефин на мгновение задумалась.
– Нэнс, сегодня ты не будешь выступать. Ты и так много танцуешь в последнее время. Сегодня вечером отдыхай, – сказала она.
– Но тогда необходима замена. Этот танец станет выглядеть пустым и недостаточным, даже если уйдёт кто-то один, – ответила Нэнс.
– Тебя заменит Анна. Этот танец весьма прост, к тому же, она его уже сто раз видела, – беззаботно произнесла мадам Гришо.
Нэнс спустилась со сцены, придерживая свою юбку, и почти вплотную подошла к Жозефин.
– Вы спросили, какое сегодня число. Что ж, теперь до меня дошло, к чему это было, и я прекрасно поняла, почему Вы решили именно меня оставить за бортом этим вечером, – тихо проговорила она. – Если бы Вы сделали это двумя месяцами ранее, то я была бы зла на Вас. Но сейчас, хочу заверить, мне всё-равно. Я – домой, – закончила Нэнс и медленной, грациозной походкой вышла из зала.
Когда Анна и Том вернулись в кабаре после долгой прогулки, на часах было почти пять. Жозефин уже ожидала их возвращения. До начала шоу оставался всего час, поэтому её волнение достигло предела самообладания.
– О Боже, наконец-то вы здесь! – облегченным голосом воскликнула женщина и ринулась к Анне.
– Жозефин, на Вас лица нет! Что-то произошло? – встревоженно спросила она.
– Нет, ничего не произошло. Просто у нас есть только час, а, впрочем, нам его хватит. Ты, дорогая, и так всегда чудно выглядишь!
Том оставил их наедине и удалился в комнату.
– Жозефин, Вы, должно быть, просто забыли, у меня ведь сегодня выходной. Вы сами меня отпустили.
