– Я ведь только что это сказала! Да, думаю!
– Но я видела на её шее кулон. Он необычайно дорогой. Купить такой может только весьма состоятельный человек, – уверенно произнесла экономка.
– Она могла украсть его так же ловко, как украла разум моего брата. И всё из-за её дьявольской красоты! – на щеках Кэтрин выступил красноватый румянец гнева. – Быть может и нет… Ладно, – Кэтрин выпустила серьги, которые она неустанно перебирала все эти несколько минут и повернулась к экономке лицом. – Возможно, она не солгала, но это всё-равно ничего не меняет! Мне противно думать, что распоряжаться в этом доме будет какая-то юная девица! Клянусь собственной жизнью: пока я живу, ей здесь не будет сладко!
– Для меня хозяйкой поместья всегда будете Вы, леди Кэтрин, – голосом, полным преданности, успокоила её миссис Гарди.
– Хорошо! – губы Кэтрин изобразили довольную улыбку. Она отпустила экономку и безмятежно продолжила подбирать себе украшения.
Анна в сопровождении лорда Хёрста выбрала комнаты для себя и Томаса. Как она и хотела, они были расположены совсем рядом: одна напротив другой. Комната Бенджамина находилась несколько дальше. Это его слегка огорчило, однако перечить Анне он не смел, боясь спугнуть её, словно прекрасную пташку. Лорд Хёрст отдал распоряжение, и служанки немедленно приступили к подготовке комнат. Необходимо было немного подождать, и он предложил провести это время за чашкой чая.
В столовую вышла и Кэтрин. Её уверенность в себе, бывшая устойчивой всю жизнь, внезапно пошатнулась. Анна была молода и красива, а вот молодость и красота Кэтрин уже шли по дороге увядания, и ей стало обидно. Она почувствовала себя совсем беспомощной, но даже при всём понимании, что остановить этот необратимый процесс ей не удастся, Кэтрин усердно постаралась всё скрыть: она жадно покрыла своё лицо пудрой, нанесла яркие румяна, а губы обвела пурпурной помадой. Вниз леди Хёрст спустилась в платье из тёмно-сиреневого бархата с короткими, но очень пышными, как фонарики, рукавами и погружённым на шею ожерельем, крупные камни которого казались безумно тяжёлыми. Выражение лица Кэтрин твердило лишь одно: «Я просто обворожительна!» Но на самом деле выглядела она весьма глупо: платье и украшения совсем не подходили к случаю, а лицо было накрашено так ярко, что напоминало лицо женщины лёгкого поведения. Увидев её, Анна с трудом смогла сдержать смех. Лорд Хёрст и Томас так же сочли её образ нелепым, однако вида не показали. Они оба встали, почтив появление дамы, и Кэтрин, довольная собой, опустилась на стул.
– Бенджамин обо всём мне рассказал. Добро пожаловать в поместье Хёрст! – она окинула Анну и Тома, как-будто, радушным взглядом. – Я разделяю Вашу радость, дорогая! – затем она посмотрела на брата, словно желая получить его одобрение.
Пока Анна не могла понять: искренна Кэтрин, или же это лицо самой фальши? Но думать над этим ей совсем не хотелось. Анне было абсолютно всё-равно, ведь замуж она выходила за лорда Хёрста, а он обожал её безмерно…
Подготовка к свадьбе шла вовсю. Дом наполняла суета обременённых делами слуг. Каждый из них был занят чем-то определённым, стараясь оправдать ожидания хозяина и сделать всё идеально. Ещё утром, до приезда Анны, Бенджамин посетил церковь и лично договорился со священником о дате и времени венчания. А вечером, по его же просьбе, в поместье прибыл самый лучший портной.
Некогда в мечтах Анны существовало платье, в котором она хотела отправиться венчаться с Маркусом Лоэром. Но теперь всё, что было связано с его именем, Анна отправила скитаться по стране разбитых надежд. Всё уже было почти забыто, поэтому она решила сшить для себя платье, в коем не будет даже малейшего сходства с платьем её напрасной мечты. До сего часа в мыслях Анны не было идеи, касательно этого вопроса. Но портной нуждался в точном описании платья, и она выдала его совершенно спонтанно, не прилагая к этому определённо продуманных фантазий.
– Пусть оно будет белоснежным, как первый снег, и лёгким, как утренний воздух, – воодушевлённо начала она, разглядывая образцы различных тканей, – с открытыми плечами, без рукавов и с пышной юбкой, с удлинённым позади подолом, а фата… пусть будет из тонкого кружева, на обруче с атласной лентой, вышитой белыми жемчужинами. Мне оденут его в причёску, – Анна заворожённо затаила взгляд в одной точке, представив своё платье, словно оно уже было готово. – Думаю, мой наряд будет прекрасным…
– Несомненно! Положитесь на меня, миледи, я всё сделаю и в кратчайший срок, как просил лорд Хёрст, – ответил портной и, приняв заказ, тотчас же откланялся.
Вокруг стояла тишина. Лорд Хёрст находился в библиотеке и весьма озадаченно, будто выполняя самое важное дело в своей жизни, составлял список гостей. Кэтрин ещё в шесть часов покинула поместье, дабы навестить свою подругу, очевидно, для того, чтобы рассказать ей о предстоящей свадьбе брата, которую она в первый же день нарекла нелепой.
