Но самое важное, зачем она пришла сюда, хранилось в маленькой прикроватной тумбочке – лекарство Кэтрин! С мыслями о том, как сильно она ненавидит эту женщину, Анна забрала оба флакона и, убедившись, что за дверью стоит всё та же тишина, ушла. Оказавшись в своей комнате, Анна незамедлительно взяла спички и подожгла найденные статьи, бросив их в камин, и уже через минуту огонь оставил от них лишь чёрные куски пепла.
– Съезжу в город! – сообщила Анна, вновь войдя в столовую. – Мне только что пришла записка от модистки. Моя шляпка готова, – не терпится её примерить!
На ней было алое платье, короткие чёрные перчатки, маленькая элегантная шляпка с вуалеткой, а в руке она держала ту самую сумочку.
«Что ж, пусть напоследок насладится роскошной жизнью», – подумала Кэтрин, взглянув на изящный образ Анны.
– Я скажу, чтобы подготовили экипаж, – произнёс Бенджамин и встал из-за стола.
– Не стоит! Я уже сама сказала.
– Тогда позволь проводить тебя…
Анна рассчитывала пробыть в городе, как можно дольше, чтобы вернуться в поместье только с наступлением темноты.
– Жозеф, остановите карету! – попросила она, как только экипаж въехал в город. – Я хочу пройтись пешком. Поезжайте к кабаре мадам Гришо и ожидайте меня у входа. В шесть часов там начнётся шоу. Вы можете поужинать и посмотреть выступление. Но только никакого вина и джина! – Анна протянула слуге деньги. – В поместье мы вернёмся поздно.
– Благодарю Вас, миледи! Вы очень добры!
Извозчик уехал, и Анна осталась наедине с собой. Неспешащей и плавной походкой она направилась к мосту, который соединял два берега, разделённых узкой мутной рекой. Вокруг прогуливались люди. Кто-то шёл в одиночестве, а некоторые – парами. Анна остановилась у перил и с беззаботным видом положила на них руки. Но на самом деле она ждала…
Наконец, людей вокруг стало поменьше, а мост и вовсе опустел. Тогда Анна достала из своей сумочки ключ от комнаты Кэтрин, бросила его в глубину тёмной воды, а затем избавилась и от лекарства. И тут она ощутила необычайную лёгкость и свободу!
Следов совсем не осталось, и теперь дело было сделано! Анна удовлетворённо улыбнулась и, отойдя подальше от воды, надела на шею кулон.
Проведя вечер в приятном обществе мадам Гришо, Анна вернулась в поместье. Время было поздним, как она и хотела: без четверти одиннадцать. Атмосфера вокруг несколько изменилась. Из глубины дома сквозь его стены, пол и потолок доносился еле слышимый плач и всхлипывания, напоминающие муки призрака. Прислушавшись к странным звукам всего на мгновение, Анна спокойно сняла перчатки, шляпку и поправила у зеркала причёску.
– Наконец-то ты вернулась! – в прихожую вышел Том. – Где ты была так долго?
– Решила навестить мадам Гришо, раз уж я была в городе.
– Я так и предполагал. Знаешь, а ведь пока тебя не было, произошло нечто ужасное… – он вдруг стал совсем бледным. – Леди Хёрст умерла.
Анна понимала: радость необходимо скрывать, но, так как перед ней стоял Томас, а не кто-нибудь другой, она не смогла удержать улыбку.
– Это точно?
– Определённо. Она задохнулась. Ей вдруг стало не хватать воздуха. Все в доме искали какое-то лекарство, но не нашли. А врач приехал, когда было уже поздно…
– Ох, как же тяжело поверить, что я, наконец, избавилась от неё! – Анна практически упала в кресло и с выдохом откинулась на спинку. – Надеюсь, в аду Кэтрин будет комфортно. Должно быть, там её встретили гостеприимно!
– Эта женщина бесспорно была фальшивой, бездушной и злой, но радоваться смерти, пусть даже такого человека, – бессердечно, – скорбно произнёс Том, ощутив неловкость от её счастливой улыбки. – Кэтрин умирала в муках, а лорд Хёрст беспомощно прижимал её к себе, не в силах помочь. На это было больно смотреть! Я даже не могу представить, что он в тот момент чувствовал…
– У неё была астма в самой тяжёлой форме, я недавно узнала об этом. Бенджамин не посчитал нужным сказать мне, – совсем тихо ответила Анна, подойдя к Томасу, как можно ближе. – Быть может, эта болезнь была дана Кэтрин за её зло, чтобы она смогла понять в чём смысл жизни, чтобы научилась любить людей, творить добро, оставлять вокруг себя лишь тепло, чтобы излечилась от ненависти и желания ломать чужие надежды и мечты. Но она не усвоила урок судьбы и даже больше – перешла черту! И, раз уж Кэтрин сама не пожелала поставить в своей подлости точку, это сделала я!
– Так это ты взяла лекарство? – шёпотом спросил Том.
– Да. Но, Томас, иного выбора не было! Кэтрин всё узнала обо мне и о том, что ты не мой брат. Она грозила рассказать всё Бенджамину, если мы не уйдём на рассвете. Это было уже слишком! Я должна была убрать её с дороги! Леди Хёрст и без того довольно долго испытывала моё терпение.
– Она всё узнала? Но как? Я думал, это невозможно!
– Фотографии в кулоне. Вероятно, Кэтрин узнала моих родителей, а газеты послужили доказательством. Но теперь всё хорошо: больше она не будет нам мешать, – Анна ободряюще улыбнулась и прижала Томаса к себе.
– Да, но цена слишком высока! За наше право остаться ты заплатила частью своей души.
