Болезненно-горделивые речи бывшего магистра Рен, так слабо соответствовавшие его нынешнему беспомощному состоянию, создавали почти комичное впечатление. Девушка отвернулась, скрывая улыбку. Почему-то ей вспомнился рафтар, который попытался проглотить команду «Тысячелетнего сокола», не заметив лобового стекла, вставшего у него на пути…
— Ладно, давай-ка я тебе помогу, — сказала она, положив одну руку на его обнаженную грудь, а другую — на лоб.
Бен слабо запротестовал. Исцеление ее Силой было для него и сладостно, и мучительно одновременно.
— Пожалуйста, не надо… не стоит тебе растрачивать себя на меня. Мало одного магистра Скайуокера. Ты не умеешь контролировать Силу и когда-нибудь наверняка не сможешь вовремя остановиться.
Рей остановила поток возражений своего невольного пациента, слегка проведя ладонью по его губам.
— Я могу чувствовать твое состояние — и этого достаточно. Пока. А уж там будет видно. Ты ведь слышал, что сказала Эмми: чем раньше начать лечение, тем больше шансов поставить тебя на ноги.
— Поставить на ноги?! — внезапно вскипел Бен. — Да ты хоть понимаешь, о чем говоришь, помойная девка? Если я когда-нибудь смогу пошевелить рукой, это и то будет победой.
Рей не стала реагировать. За минувшие дни она успела привыкнуть к внезапным перепадам его настроения, когда мольба чередовалась в его устах с настоящей обидной грубостью.
— Значит, мы добьемся этой победы сообща, а потом двинемся дальше, — бесстрастно заключила девушка.
Она неплотно смежила веки, вглядываясь через Силу в него. В его тело, которое сейчас напоминало механизм, не способный полноценно работать оттого, что в главном процессоре сгорело несколько проводков. Всего-навсего несколько проводков — однако именно из-за этой досадной поломки электрический импульс не мог достичь цели, и мозг не обрабатывал сигнал, как должно.
Рей было проще думать о стоявшей перед нею задаче, как о ремонте поврежденного механизма. Ведь она — механик с немалым опытом, и может починить, наверное, все, что угодно. Всего-навсего несколько проводков. Она должна справиться…
— Расслабься, — почти умоляюще проговорила девушка, зная, что ее действия доставляют неудобство его гордости.
Вскоре глаза Бена начали слипаться; понемногу тот засыпал.
Когда сон окончательно одолел его, Рей удовлетворенно улыбнулась и тронула губами его лоб — теперь она не стеснялась делать это снова и снова; столько раз, сколько нужно. Ее жест был полностью целомудренным; он содержал лишь заботу — и ничего более.
«Я не трачу на тебя свои силы, Бен Соло. Только возвращаю тебе то, что взяла».
… А где-то во Внешнем кольце, в позолоченных солнцем стенах массивной станции, парящей в облаках газового гиганта, немолодой мужчина звучно ругался, проклиная все, что только приходило ему на ум.
Дерьмо банты, дерьмо, дерьмо!..
Контракт с Горга Хаттом, один из самых многообещающих за всю карьеру Лэндо Калриссиана, повис из-за первоорденских недоносков, которым взбрело в голову засесть в секторе Чоммел. Чтоб этим имперцам вместе с хаттами пойти на корм ранкору! На биржах полный беспредел. Цены на плазму растут, как бешеные. Выходит, что цены на другие ресурсы, не исключая тибанна*, угрожающе ползут вниз. Канжиклаб требует вернуть свои денежки до кредита. А где их взять? Где?! Банковский клан, похоже, окончательно переметнулся на сторону Первого Ордена. Подумать только, угрожает прекратить финансирование основных предприятий Республики! Нет, нет… галактика катится в пропасть войны. Все вокруг словно с цепи сорвались. А теперь еще и власти Республики заинтересовались делами Беспина. И Люк Скайуокер скончался… совсем скверно…
В это лихое время лучшее, что можно придумать — это сидеть и не высовываться. И надо же было случиться, чтобы именно сейчас на голову Лэндо свалилась задачка, которую еще поди реши. Искать по всей галактике двух юных джедаев — это ведь все равно, что иголку в стоге сена, даже того хуже…
Комментарий к Глава VIII
* Тибанна — газ, добываемый на Беспине. Используется в двигателях кораблей, турболазерных пушках и бластерах.
========== Глава IX ==========
Время на Такодане тянулось почти так же медленно, как на Джакку. Дни лениво и монотонно проползали, уходя в прошлое неспешной чередой; Рей коротала их в нескончаемых заботах, надвигавшихся, как и прежде, со всех сторон. Ей было хорошо известно такое состояние: с одной стороны, дел столько, что времени на невеселые мысли и на жалость к себе просто не остается — и это иной раз кажется почти спасением; но с другой стороны, как раз теперь-то, когда руки заняты, а голова остается свободной, эти самые мысли, одна сумрачнее другой, и лезут особенно настойчиво.
И все же, нынешнее ее существование отличалось от прежнего, по крайней мере, в одном — к сожалению или к счастью, теперь рядом с девушкой был кто-то, кто в ней нуждался.
