— Ты ненавидишь его, — констатировал Бен с самым спокойным видом. — И правильно. Я тоже ненавижу…
В этот момент Рей поймала себя на мысли, что его слова почему-то совсем ее не удивляют.
Комментарий к Глава IX
Ну вот, как я и обещала, Бен начал поправляться, и с Рей они, вроде как, помирились.)
Кстати, «новый взгляд» Бенечки навеян вот этой картинкой: https://giphy.com/gifs/manip-redeemed-viianki-KCJuFt8A2EpnG
========== Глава X ==========
В очередной раз навестив обитателей «Нефритовой сабли», Маз пожелала как можно скорее повидать прославленного внука Дарта Вейдера.
— Ну, и где твой чудом спасенный рыцарь? Где ты его прячешь? Давай же, давай, веди меня к нему! — ворчливо поторапливала она Рей, пока обе женщины не достигли медицинского отсека.
Конечно, Маз не требовалось объяснять, что уж от нее-то Рей и не думала прятать своего подопечного. Просто так сложились обстоятельства, что госпожа сумела наведаться к ним с тех пор, как Бен пришел в сознание, только теперь. А может быть… Рей не рискнула бы такое предположить, однако, кто знает, возможно у Маз имелись другие, более весомые причины, помимо недостатка времени (которое вообще-то было для пиратской королевы обычным делом), чтобы некоторое время не появляться здесь.
Увидав того, кого хотела, Маз картинно всплеснула руками.
— Ну конечно же, это мальчишка Соло, — безо всякого приветствия выдохнула она. — Долговязый, сутулый, бледный, как смерть. Я думала, ты хоть будешь выглядеть старше, но сейчас вижу: коль скоро ты ухитрился до тридцати лет сохранить лицо сопливого подростка, то сохранишь и до шестидесяти. И чего только отец говаривал, будто ты удался вылитым Скайуокером? И почему дорогая Лея вздумала называть тебя не иначе как «маленький принц» и «кровь Альдераана» — что бы это ни значило, все вздор! Никакого изящества твоей царственной родни в тебе нет и в помине, так и знай! Ты — Соло до мозга костей, это видно сразу. Разбойничье дитя, сын жулика, каких поискать…
Рей, услыхав ее слова, так и прыснула. Лишь в последний момент успела зажать себе рот ладонью.
Бен не стал отвечать. Недоумение и досада властвовали на его лице, однако губы так и норовили растянуться в улыбке. Рей его понимала; уж она-то успела уразуметь, что иначе с Маз говорить попросту невозможно.
— Маз Каната? — только и произнес он. Просто чтобы уточнить, верно ли понял, с кем имеет дело.
Она кивнула.
— Обычно я не люблю вести беседы с такими противными хулиганами, как ты. Но ради сынка Хана Соло так и быть, сделаю исключение.
Маз натянула очки; ее глаза сразу непомерно увеличились.
Рей наблюдала, как женщина подходит в койке и останавливается, видимо, для того, чтобы изучить лицо Бена своим особым взглядом — точно так же, как она прежде изучала Финна. Невидимая нить их Уз донесла до Рей неудобство, скованность. Юноша вдруг начал озираться, не зная, куда себя деть.
Вердикт, вынесенный Маз, вызвал у девушки новый приступ сдавленного смеха.
— Так я и знала! Такой же вздорный, сумасбродный паршивец, каким был твой папаша. Уж я-то хорошо знаю эту шальную породу. Из тех, что любезно улыбаются тебе в лицо, а за спиной уже переводят бластер в режим готовности. Вот что, детка, — Маз бегло взглянула на Рей, — может, ты дашь нам поговорить с глазу на глаз?
Та покорно вышла в коридор, делая вид, что не замечает, как Бен смотрит на нее растерянно и тревожно. Юноша не мог взять в толк, о чем ему говорить с этой женщиной, которая хоть и выглядит крохотной, хрупкой и, быть может, немного чудной, однако в действительности представляет из себя нечто куда более значимое. И дело не только в чувствительности к Силе, которую молодой человек угадал тотчас, как только хозяйка кантины переступила порог медотсека. Маз Каната была наделена иной, более глубинной и таинственной властью. Ее тихую и неуклонную мощь Бен просто не мог охватить своим разумом, однако кто-кто, а уж он-то имел достаточное представление о том, насколько способны разниться внешний вид и внутреннее содержание?
Едва за Рей закрылась дверь, Маз показательно зевнула.
— Что, даже не предложишь даме присесть? — сказала она с усмешкой, окинув обстановку отсека каким-то нарочито небрежным взглядом.
Бен лишь развел руки в стороны, изображая гостеприимство, хотя и без особой охоты.
Маз, пожав плечами, направилась к креслу, продолжая на ходу сердито бормотать:
— Грубиян, конечно. Другого я и не ждала. Слышишь меня, парень? Ты хоть знаешь, что любой на моем месте предпочел бы прострелить тебе башку, пока ты лежал тут без сознания? Это было бы разумно. Кроме того, ты заслужил это.
— Мне все равно, осуждаете вы меня или нет, — недовольно отчеканил раненый рыцарь.
Маз фыркнула.
— Глупый эгоистичный юнец! Считаешь, мне нечем заняться, кроме как судить тебя за твои сумасбродства? Если отец и дядя отдали за тебя жизнь, значит, считали, что ты этого заслуживаешь, несмотря на твой отвратительный характер. Кто я такая, чтобы с ними спорить? К тому же, ты и без моего участия сам себя осудил так, что хуже быть не может.
— Тогда зачем вы здесь?
