Но он не успел сделать и шага, как демон появился снова, всё ещё вращаясь, рыча и борясь с вцепившейся в его крыло гибкой зубастой тварью. Ему удалось ухватить её за шею, он впился в неё и начал её пожирать – горбясь, топая от нетерпения ногой, всхлипывая и поджимая искривлённое у середины крыло.
Демидин не мог оторвать от него взгляд. Жуть была в том, что он был хуже зверя и разумнее человека.
– На себя посмотри, – прошамкал демон, поднимая к Демидину окровавленную морду. – Мне больше лет, чем тебе секунд.
– Больше миллиарда? – прикинул Демидин.
– Бафомёта знали первые звёзды! – гордо крикнул демон.
– Твоё имя звучит не очень красиво, – съехидничал Демидин.
Демон двинул раненым крылом и застонал.
– Когда-то у меня было другое имя, – сказал он. – Шути, шути. Скоро я с тобой рассчитаюсь, только сначала разберусь с этими тварями.
Но говорил он не так уверенно, как раньше.
Наину Генриховну разбудил звонок Росси. Она мигом проснулась.
– Твои собираются на крышу, – сказал Росси.
– Знаю, – сказала Наина Генриховна.
– Мои за ними следят. Твои, по-моему, не представляют, на что идут, – сказал Росси.
– Если б представляли, у них бы вообще не было шансов. Перестреляли бы друг друга. Твоим пришлось бы от них избавляться. Как они?
– Твои? Стараются, чтобы мои ничего не заметили. Мои не вмешиваются. В конце концов, это твоя операция.
– Если это моя операция, я могу своих и отозвать, – холодно заметила Наина Генриховна.
Росси хмыкнул.
– Не можешь. Ну хорошо, это наша операция. Если она сорвётся, закопают нас обоих. Меня глубже, я это признаю. Мудрахаран уже уверен, что я труп. Всё ещё сдерживается, но смотрит волком.
– Если сдерживается – значит, не уверен, – заметила Наина Генриховна. – Ты-то сам где будешь?
– В той точке Ура, которая соответствует этому треклятому дому, – сказал Росси. – Вдруг чего-нибудь перепадёт.
– Там же сейчас твои крылатые друзья, – вспомнила Наина Генриховна. – Они тебе пока подчиняются?
– Пока да, но уже глядят на меня… как на будущую еду, – Росси невесело рассмеялся. – Возможно, это только моё воображение.
– Знаешь, у нас что-то начало меняться, – сказала она. – После криптии демоны стали чаще приближаться к гарнизону. Вчера пропал часовой. Нашли один сапог.
Росси помолчал.
– Пустой? – спросил он.
– Сапог? Нет, не пустой, – ответила Наина Генриховна.
– По-моему, у нас тоже что-то готовится, – сказал Росси.
– И ты не в курсе? – удивилась Наина Генриховна.
– Теперь меня могут и не поставить в известность, – вздохнул Росси. – Зато эта зараза, кажется, всё знает.
– Миссис Икс?
– Да.
Они помолчали.
– Скажи, как у вас проходят криптии? – спросила Наина Генриховна.
– Цивилизованно, – усмехнулся Росси. – Получаем предписание уволить столько-то сотрудников. Начальники отделов совещаются, решаем, кто недорабатывал. Люди пишут характеристики друг на друга и сами на себя. Решаем, кого уволить. Миссис Икс приходит к ним с охраной и бумажными цветами, благодарит за работу и выводит за ворота к демонам.
– Сама выводит? – удивилась Наина Генриховна.
– Ты бы видела, как ей это нравится.
Рав Зяблик-Школьник был пожилым человеком с удивлёнными глазами, которым он старался придавать серьёзное выражение, когда у него были гости, в особенности если рядом оказывалась его жена. Она считала, что известному раввину, человеку, у которого, слава Богу, десять детей, пора вести себя солиднее.
Трое старших уже были раввинами, как и он сам. Ему пришлось потратить немало сил, чтобы они получили приличное образование, а потом переворошить свои связи, чтобы устроить их на работу. Кроме семейных забот, у рава Зяблика-Школьника было множество посетителей, приходивших к нему за советами.
Когда он разговаривал, он часто увлекался и невольно повышал голос. Обычно на шум приходила жена, хмурилась и говорила:
– Клетки, Арье! Береги свои нервные клетки.
Тогда он подмигивал гостям и старался говорить тише.
Обычно он вставал около шести утра. Посетители приходили после одиннадцати, а до этого было его время, которое он тратил на молитвы, завтрак и газеты.
В этот раз рано, ещё до завтрака позвонил взволнованный Саша Перельштейн.
– Рав Арье, извините, что беспокою. У меня к вам большая просьба. Она связана с моими новыми знакомыми, о которых я вам недавно писал.
Сашу было слышно так хорошо, как будто он стоял рядом.
– Ты откуда звонишь? – поинтересовался Зяблик-Школьник.
– Из Нью-Йорка, – сказал Саша.
– Так ты в Нью-Йорке? – обрадовался Зяблик-Школьник. – Что ж ты не приходишь?
– Дела, – ответил Саша. – Но я постараюсь зайти, как только освобожусь.
– У него дела, Ханна, ты слышишь? – закричал Зяблик-Школьник.
– Я ещё не глухая, – ответила Ханна с кухни.
– Рав Арье, вы можете благословить несколько вещей по телефону? – попросил Саша. – Мне очень нужно.
– Могу благословить даже по телеграфу, – сказал Зяблик-Школьник. – Только что тебе это даст?
Саша помолчал.
– Спасибо, рав Арье. Благословите, пожалуйста, – сказал он.
