Я отстранилась: он без лишних слов отпустил меня. Только вместо дистанции, которую он так усердно удерживал, шагнул вперёд и стремительным движением подцепил мой подбородок двумя пальцами.
Я сглотнула, когда его губы оказались всего лишь в нескольких сантиметрах от моих, и он сердито выдохнул:
– Ты осознаешь, что делаешь?
Мысли путались. Дыхание становилось рваным. Сердце переходило в безудержный ритм. И я уже ничего не понимала. Не понимала, что за игры были между нами.
– Также отчетливо, как сейчас вижу тебя, – тем не менее произнесла я.
Он едва прищурился, заставив меня горделиво вытянуться ещё больше, чтобы не поддаваться этому гипнотическому взгляду. Тогда его большой палец почти невесомо коснулся моей нижней губы, затем прочертил медленную дорожку от уголка к скуле, едва погладив щеку. Но при этом взгляд оставался неизменным: он смотрел мне прямо в душу.
– Наверное, с моей стороны было глупо полагать, что ты вырастешь благоразумной и хорошей девочкой.
Я сжала правую ладонь в кулак, сказав:
– Наверное, строить ожидания в отношении другого человека – всегда заведомо проигрышная затея. Так или иначе, разочарования не заставят себя долго ждать.
Он весело хмыкнул.
– Разве я говорил, что разочарован?
– Как ты здесь оказался? —хладнокровно проигнорировав его ответ, спросила я, всячески стараясь делать вид, что мое сердце не дрогнуло, в очередной раз уверенно прокричав: «Я здесь только для тебя!».
В этот момент я безумно гордилась собой. Хотя над самообладанием ещё стоило поработать: контролировать реакцию тела было не так-то просто.
– Увидел тебя в городе, решил проводить. И, по всей видимости, не зря, учитывая все твои авантюры, – как само собой разумеющееся сказал он.
Я хмыкнула.
– Значит, ты снова следил за мной.
– Значит, я приглядывал.
– Забавно. Ведь ты столько дней избегал меня, – обижено произнесла я, даже не заметив, насколько в очередной раз выдала свои чувства.
Черт.
Кайдан ухмыльнулся. В глазах вспыхнул опасный дьявольский огонек, когда он самодовольно выдал:
– Мне казалось, мы все прояснили.
– А так сразу и не скажешь, – весьма прямолинейно намекая на положение, в котором находились, саркастично произнесла я.
Он не успел ответить: со стороны коридора послышались тяжелые шаги, а в следующую секунду в проеме уже показалась фигура мужчины.
Не замечая его заинтересованного взгляда, мы спешно отпрянули друг от друга.
Последующий час мы занимались уборкой. Даже мистер «заносчивое высокомерие» соизволил помочь нам, расставив разбросанные книги по своим местам, пока я вычищала пол от сажи, оставшейся от ковра, а после собирала расплавленные свечи. Тем временем профессор Груман всячески старался спасти растение, стоящее на подоконнике.
Время пролетело незаметно. Было весело, а местами хотелось придушить некоторых демонов. Но я, наконец, расслабилась, позволив всем мыслям испариться. И профессор Ван Груман оказался вполне милым пожилым магом. Да, он был довольно замкнут, местами чрезмерно серьезен. Но, возможно, продолжительные годы, проведенные в исследовательских лабораториях, преподавании в главном колледже, а затем и за написанием научных трактатов, стали причиной его отчужденности. Однако он мог поведать о чем угодно, рассказать самые удивительные истории. Слушать его было одно удовольствие. По окончанию уборки он даже пригласил нас на чай, но мы отказались, поскольку сейчас нам уже пора было возвращаться в академию.
– Ещё раз спасибо за все, профессор, – сказала я, счастливо улыбнувшись.
Кайдан уже ждал меня на улице.
Мужчина по-отечески похлопал меня по плечу, а затем сказал:
– Берегите себя, маленькая госпожа.
Я кивнула и уже развернулась, чтобы выйти, когда услышала неожиданные слова профессора:
– Магия способна сотворить удивительные вещи, Лайникс. Но порой она также способна уничтожить все, что нам дорого.
– К чему вы клоните? Я…не совсем понимаю.
– Просто помни, что у любой монеты есть две стороны. И хотя одна из них всегда будет находиться в тени, эти грани неделимы: они одно целое.
Нахмурившись, задумчиво кивнула. После чего мы попрощались, и я покинула этот чудный дом, аккуратно прикрыв за собой калитку.
Кайдан молча двинулся вперёд, и я последовала за ним. Через несколько минут он предложил поймать экипаж: неподалеку должна была быть стоянка, и я согласилась. А затем он вдруг неожиданно спросил:
– Как…ты?
Я неопределенно пожала плечами.
– Такое чувство, будто я всю жизнь шла не по той дороге. Словно все это время я…отдалялась от себя настоящей. Понимаешь?..
Мы замолчали, погрузившись в эту тягучую субстанцию недосказанности. Каждый из нас прятал свои страхи за масками, прятал свои чувства, себя настоящего. Но когда придет время снять их? Когда пора остановиться и предстать перед миром, перед
– Ты ошибаешься, – ни с того ни с сего сказал он, и я посмотрела на него.
– И в чем же?
– В том, что, гоняясь за миражами, ты упускала то, что всегда было у тебя под носом. Твои мысли. Твои чувства. Твои истинные желания. Ты гналась за выдуманным образом, в то время как ты всегда была рядом с собой настоящей.
