Сердце демона полностью

– И кто же я? Какая я настоящая?

Я, наконец, остановилась и внимательно посмотрела на него, чтобы как можно четче видеть его лицо, чтобы не упустить из виду ни одной детали и увидеть эту горящую искру собственными глазами.

Почувствовав то же самое, он остановился, замерев напротив.

Наши глаза снова встретились. И пока мы оба были не в силах что-либо говорить, наши души все сделали за нас. Тогда я снова почувствовала эту связь между нами. Связь, от которой бесполезно, да и бессмысленно бежать: казалось, она навсегда въелась в наши сердца…

– Ты невероятно упертая и столь же невероятно безумная. Ты также изобретательна, если дело касается чего-то, что тебе дорого. И также наивна.

Он сделал один осторожный шаг, продолжив:

– Ты прикрываешь глаза, когда хочешь успокоиться, и делаешь маленький незначительный вдох. Ты становишься невероятно взбалмошной, когда тебе грустно. Ты ненавидишь, когда кто-то проявляет к тебе чрезмерную заботу, и в отместку становишься совершенно неуправляемой. Ты часто витаешь в облаках: в этот момент выражение твоего лица выглядит так, словно ты поработила весь мир. – Он едва усмехнулся. – Ты ходишь в заброшенный храм посреди леса и неотрывно смотришь на небо. Ты довольствуешься каждым днем, но в глазах все равно бесконечная тоска. Временами ты намеренно задерживаешь дыхание, чтобы сердце не билось так часто. Прямо как сейчас…

Я сглотнула, стараясь совладать с эмоциями.

Он сделал ещё один шаг. Его руки расслаблено лежали в карманах плаща, когда взгляд напрямую сжигал меня дотла.

– Ты говоришь, что не знаешь, кто ты, но ответ довольно прост.

Он замолчал, дав мне минутку, чтобы все осмыслить, а затем сказал:

– Ты та, кем ты хочешь быть. Все, что ты только можешь вообразить, способно стать неотъемлемой частью тебя. А уж будет она значима или нет: это решать лишь тебе.

Ещё один шаг, заставивший меня сделать рваный вдох.

– Никто не определяет нас лучше, чем это делаем мы сами, Лайникс.

Я прикрыла глаза, чтобы успокоить разыгравшуюся в душе бурю, вызванную его словами. Но это ни черта не помогало. Мир в очередной раз переворачивался с ног на голову.

– Что ты со мной делаешь? – слова слетели раньше, чем я успела подумать.

Но мой взгляд был целиком и полностью направлен на него.

Он едва склонился к моему лицу.

Чужое дыхание опалило губы.

Сердце замерло, предвкушая его касание.

Кайдан ухмыльнулся, медленно скользнул кончиком носа по моей щеке, а затем отстранился, продолжая дразнить меня.

Этот демон всегда играл не по правилам.

– Мне казалось, что это я должен был задать тебе этот вопрос, – сказал он, глядя в мои глаза; толика лукавства играла в чертах его лица.

Вот только…

Я тоже могла вступить в эту игру. Поэтому в следующую секунду потянула его за плащ, заставляя едва упереться в грудь и почти столкнуться носами.

Мои губы дрогнули в улыбке, когда он шумно втянул носом воздух. Мне однозначно удалось удивить его. Только это замешательство продлилось недолго. Он наблюдал за мной, словно на мгновение давал мнимую надежду, будто маленькая птичка способна перехитрить хищника. Его глаза молчаливо говорили: «Ну что дальше?», как если бы он проверял, осмелюсь ли я на большее.

И несмотря на это, я чувствовала, как напряглись его мышцы, как замедлилось дыхание, как сердце забилось непривычно быстро…

Не в силах сдержать победной улыбки, я медленно подняла на него взгляд. Осторожно приблизилась, как если бы пыталась приручить необъезженного мустанга. Его дыхание обжигало и без того разгоряченную кожу. Но я продолжила, пытаясь совладать с собственными чувствами, и коснулась губами напряженной скулы: легко, почти невесомо, но успела заметить, как он вздрогнул. Тогда я прочертила легкую дорожку до щеки и, остановившись под оглушительное биение сердца, скользнула к уголку губ. Вконец осмелев, я прочертила языком их манящий изгиб.

Он сглотнул.

Кажется, в этот момент мы оба забыли, как дышать.

Кайдан поддался вперёд, словно некая сила подтолкнула его. Мои губы едва приоткрылись, мелкая дрожь прошла по телу. И когда это напряжение достигло предела, заставив внутренности сжаться в болезненно сладком спазме, я отступила, остановив разыгравшееся безумие.

Он недовольно поджал губы. А я, победно вскинув подбородок, по-дьявольски улыбнулась. Все внутри меня ликовало от восторга. Сердце нещадно билось, порывалось выбраться наружу. Но я сумела взять себя в руки и сдержанно сказать, не скрывая легкого веселья:

– Кажется, вы начинаете терять лидирующие позиции, господин.

Он едва дернул челюстью, но затем усмехнулся: тихо, чуть хрипло, заставив меня выдохнуть и сглотнуть. Не так-то просто потушить разгорающееся пламя, когда этот демон рядом.

– Тогда как вы отлично научилась играть, маленькая госпожа, – сказал он и в очередной раз все испортил.

Этот насмешливый холодный тон, прямой и надменный взгляд, словно тот Кайдан, мой Кайдан, снова скрылся за непроницаемой стеной.

– Из нас двоих играешь всегда только ты.

Я обошла его, нарочно толкнув плечом (сколько можно так поступать со мной?!), и, перейдя дорогу, свернула на другую улицу.