Я устроился в одном из спальников и, закрыв глаза, практически сразу же уснул. Мне снился дом. Снилась каменная тропинка, ведущая к пруду, цепи по бокам тропы. Мне снились пионы, аккуратно высаженные мамой возле дома. Мне снился старенький мостик с прогнившими досками, баня и пошатнувшийся забор. Я чувствовал во сне родной запах дома.
Проснулся я где-то между семью и восемью утра. Осмотревшись, я понял, что в подвальном помещении я один. Пахло сыростью. В помещении витал запах затхлости. Краем глаза я уловил шустрых мышей, перебегавших с одного конца комнаты в другой.
На улице стояла прекрасная солнечная погода. Небо было светло-голубым, насыщенным. Намеков на облака не было. Где-то отзвучали залпы артиллерийских орудий. Но это было далеко, 5–7 километров от нас. Работала наша артиллерия в сторону противника. Осмотревшись, я заметил УАЗ, стоявший под навесом. Он был весь в грязи. Вчера и позавчера шел дождь. Маскировочная сеть, натянутая на кузов, давала некую маскировку в вечернее время. Дом, в подвале которого я спал, представлял собой груду камней, кирпичей и железных балок. На железных воротах гаража, а также оставшихся стенах дома, виделись глубокие отметины, выемки, впадины разной ширины и глубины от осколков мин, пулеметных очередей. Справа шла тропинка, которая уходила под импровизированный навес. Оттуда доносились голоса. Там был Икар и кто-то еще, басистый, с небольшим акцентом. Тихо не спеша я подошел вплотную к навесу. Оказалось, это был старый сарай. По правую руку я увидел клетку для пернатых. Она была пуста. Основная комната была небольшая, где-то пять на пять квадратов. Потолки очень низкие, поэтому приходилось пригибаться, чтоб не задеть деревянные балки головой. По правую руку стоял старый пожелтевший от времени диван. Столешница с пакетами чая, конфетами, вилками и ложками, грудой паштета и тушенки стояла возле стены. В центре стол и несколько табуретов. По левую сторону стоял газовый баллон с решеткой для готовки пищи. Я увидел Икара. Он стоял, облокотившись на косяк двери. Он вел беседу с незнакомым мне человеком.
— А вот и Рузай, наш новый начмед, — Икар улыбнулся.
— Наконец-то еще один доктор.
Меня Алан зовут. Позывной — Доктор, — он крепко пожал мне руку. — В рукопожатии чувствовалась настоящая мужская сила и крепость духа. Алану было 37_38 лет. По своей специальности он был врачом-травматологом. Оперирующий доктор, патриот своей страны, родом из солнечного Краснодара. Он оставил все свои дела, дабы вступить в ряды добровольческого штурмового первого батальона. В его открытых глазах я прочитал волю к победе, жизни, стремление спасти побольше ребят. Он был высокого роста, поэтому в помещении, где мы находились, он стоял пригнувшись. Черные волосы с проседью по бокам. Широкий открытый лоб с массивными надбровными дугами. Открытые карие глаза с ворохом длинных ресниц. Нос с горбинкой. Когда он улыбался, обнажая ровный ряд белых зубов, вокруг улыбались все. Он был крайне позитивным и харизматичным человеком.
Алан, начальник медицинской службы первого штурмового батальона
— Икар, теперь в вашем батальоне есть настоящий доктор. Рузай, ты кто по специальности? — Низкий тембр голоса добавлял нотку харизмы Алану.
— Сосудистый хирург.
— Ого, настоящий, оперирующий?
— Да, — ответил я.
— Это очень круто. Но здесь, братец, мало что пригодится из твоих навыков. Здесь в основном первая врачебная помощь и даже доврачебная. Вот как я, например, и то, и то делаю. Периодически приходится на вылазки ходить. Понимаешь, о чем я? — в его глазах блеснул хищный огонек.
Да, я понимал, о чем говорил мне Алан. Несколько недель назад я видел ролик про дока, который не хуже штурмовиков штурмовал укрепления и окопы противника. Скромный от природы, он очень скупо о себе отзывался. Замалчивал свои достоинства и достижения. На вопрос «Где ваша каска?» Док поднял взор к небу: «Господь хранит меня, зачем мне каска!»
— Так, док, нечего мне нашего начмеда подбивать на всякого рода авантюры, — ухмыльнувшись, сказал Икар. Он жестом предложил мне сесть. В проеме показалась фигура Бадуси. Он хлопотал по кухне, словно хозяюшка. В руке был чайник с кипятком. Он предложил мне кофе. Я согласился.
— Рузай, сейчас поедем в госпиталь, познакомишься с местными медиками, они из Волков. Посмотришь больничку. Потом поедем в штаб. На Дубай. Там познакомим тебя с Юричем.
— Он замещает Патриота сейчас, — включился в разговор Алан.
— Ну, а потом с доком на позиции выйдешь.
Я кивнул головой в знак согласия.
— Смотри, обычно мы не ездим по свету. Обычно по серой перемещаемся по городу и бронник лучше не снимать. Автомат с собой возьми. Покажем сейчас что и как.