— Но… мой Император, — Шувер, вытирая платком пот со лба, с трудом мог поверить в то, что Морган говорил серьезно и это не какая-то неуместная шутка. Хотя, за всю жизнь, глава Тайной Канцелярии не помнил, чтобы Император хоть раз шутил. — Долина Дельфи… она защищена немногим хуже, чем столица Ласкана… Даже получись у нас десантировать туда четыре из девяти наших легионов, мы бы осаждали её десятилетие!
— Именно поэтому нам нужно не рубить с плеча топором, а тонко уколоть кинжалом, Шувер. Тебе ли этого не знать… Или твои люди работают как-то иначе.
— И все же… так рисковать наследником… эта миссия невозможна, мой Император. И стране, — Декой покосился на бокал с алой жидкостью. — стране нужен будет Император.
— Именно, — Морган так и не отвел взгляда от документа. — стране нужен Император, для которого невозможное — возможно. Пора моему сыну повзрослеть. Завтра же он получит мой приказ. Головой за это отвечаешь.
— Д-да, конечной, мой Император, — склонил ту самую голову Декой. Когда Морган говорил кому-то, что тот отвечал головой, то это было совсем не в переносном смысле и далеко не пустая угроза.
— Скажи мне, наша маленькая партия в Сухашиме увенчалась успехом?
— Полный, мой Император, — вздохнул от облегчения, что Морган перевел тему, Декой положил ему на стол два пергаментных свитка. — Как мы и предполагали, орк, созвавший Большую Охоту, действительно был знаком с Хаджаром Дарханом. Они сразились. Битва закончилась буквально три часа назад.
— Результат?
— Безоговорочная победа Безумного Генерала.
Морган, впервые за разговор, поднял взгляд на Декоя.
Глава Тайной Канцелярии лишь пожал плечами.
— Уже вся столица, а значит и вся страна знает о его прошлом. Так что я подумал, что будет удобней, если мы не станем искусственно создавать ему какое-то другое прозвище.
Морган недолго подумал и кивнул.
— Логично, — только и сказал он. — что с орками.
— Здесь, уже как и предполагали вы, мой Император, они действительно развернулись в сторону Ласкана.
Император, кивнув еще раз, отложил документ и потянулся. Хрустнули затекшие суставы шеи и локтей.
— Знаешь, что меня интересует во всем этом, Декой?
— То, что если про орков узнали мы, то узнала и регент-мать?
— Именно. И, если она знала про горы Да’Кхасси, а она не могла знать — на её земле случилось. То предполагала, что я не просто так отправлю почти равного Великому Герою в захолустный Сухашим. Но, при этом, никак на это не отреагировала и позволила оркам высадиться, а теперь и развернуться к её границе… что-то в этом не так.
— Может у неё есть свои интересы на зеленокожих?
— Не все из них зеленые, Шувер… или те часы, которые я отвел тебе в моей библиотеке, ты потратил в пустую?
— Нет, мой Император, просто к слову пришлось…
— К слову пришлось… к слову приходится то, что пока регент-мать будет занята своей интрижкой с орками, мы ударим по Делфи.
Тут Декой прокашлялся.
— Что еще, генерал?
— Мой Император… насчет почти, — Декой сделал ударение на этом слове. — равному по силе Великому Герою…
— Ну?
Вместо ответ Шувер лишь пододвинул свой доклад.
— Прочитайте… наш человек все подробно описал… Настолько, насколько ему позволяло его понимание.
Брови Моргана слегка приподнялись. Лучшая ищейка Тайной Канцелярии — Безымянный адепт что-то не понял в действиях Повелителя?!
Что же — хоть что-то интересное с момента начала войны.
Чин’Аме сидел на горном пике. В позе лотоса, положив на колени посох, он держал его руками и вглядывался в облака, плывущие у подножия горы. Под ними распростерлись долины границы Ласкана и Дарнаса. Чуть дальше, севернее — степи орков… бывшие степи, если говорить откровенно.
Со смертью последнего из прямых потомков первого орка, очередная расса Первых была обречена на упадок и скорую гибель. Так, как это уже произошло с нагами, жителями подводных глубин.
Чин’Аме, еще будучи послушником павильона Волшебного Рассвета имел доступ к самым запретным из книг. Из них он узнал не только о нагах, исчезнувших из безымянного мира еще до того, как расправил крылья регион Белого Дракона, но и о многих других рассах.
Десятках и сотнях.
Их вытесняли. Их линии крови прерывали. Их воля исчезала, а вместе с ней и история мира.
— Однажды, — прошептал Чин’Аме. — здесь не останется никого, кроме людей и младших зверей.
— Ты боишься, старый враг?
Рядом с ним сидел Министр Джу. В своих изысканных, дорогих одеждах. С украшениями работы лучших подгорных гномьих мастеров.
В его волосах блестели волшебные драгоценные камни. А ногти были украшены толченым Солнечным Золотом. Или, как его называли маги и волшебники — истинным золотом.
Его добывали в столь малом количестве, что каждая унция имела стоимость, которую уважали даже в стране Бессмертных. Правда если в регионах истинное золото считалось драгоценностью первой пробы, то в стране Бессмертных его использовали в качестве валюты.
Последние несколько месяцев, после приказа Императора Рубинового Дворца, Чин’Аме и Джу только и делали, что играли в догонялки.
