И, когда мир уже подернулся пеленой и задрожал встревоженной водной гладью, они добавили:
— Мы будем ждать.
Хаджар открыл глаза.
Он падал в пронизанную звездным светом тьму. Бездонную бездну. Ту самую, от которой так долго бегал. Которая пожирала его с того самого момента, как он понял, что никто не придет.
Никто и никогда не придет и не спасет его.
Ни от темной комнаты в детском приюте.
Ни от больничной койки.
Ни от темницы.
Рабского ошейника.
Смерти брата.
Смерти друзей.
Разбитого сердца.
Проклятой души
Никто не придет и не заберет эту бездну с собой. Не зажжет в ней огня, который согрел бы опустевшее сердце. Никто и никогда не придет и не поможет.
Потому что, в конечном счете, каждый человек сам сражается со своей пустотой. Сам выбирает, чем её заполнить. И лишь он один может зажечь тот огонь, что проведет его через все невзгоды и испытания.
Он сам — своя путеводная звезда.
Хаджар закрыл глаза и выдохнул.
Он больше не боялся это бездны. Он принял её внутри себя. И принял себя внутри неё. И, когда он снова взглянул на неё, то увидел лишь свое отражение. Яркое, как пламя вечерней звезды.
И это пламя стало его тропой.
Он зацепился за неё. Ухватился и, поднявшись, увидел огромный мир. Мир тьмы и мир света. И путь, который пролегал сквозь него мог привести куда угодно.
Стоило лишь пожелать.
Хаджар выдохнул и сделал шаг, а затем мгновенно оказался на каменной площадке. Рядом с ним стоял Гевестус, а поодаль, спиной к ним и лицом к звездному порталу — Хранительница и её Звездный Лев.
— Ты справился, Хаджар, — в голосе Гевестуса звучала неподдельная радость. — ты смог постичь Путь Среди Звезд. В отличии от Пути Среди Облаков, он…
— Вы сможете обсудить свое мирское позже, — произнесло существо. Она взмахнула рукой и звездный портал мгновенно исчез. — А теперь ступайте.
— Благодарю, — поклонился Гевестус. Она развернулся в противоположную сторону. Хаджар теперь видел, как перед Гевестусом вырастает звездная тропа. — Пойдем, Хаджар. Нам еще многое предстоит сделать. А мне — многое тебе рассказать.
— Да, конечно, — Хаджар все еще не мог прийти в себя, так что ответил практически машинально. А затем, когда уже встал вместе с драконом полукровкой на тропу, опомнился и окликнул исчезающую Хранительницу. — Что я видел?! Что это было?! Будущее или лишь иллюзия?
Ответом ему стала лишь тишина.
Хранительница провела пальцами по локонам шерсти Звездного Льва. Тот заурчал подобно маленькому коту, а не мифическому созданию звездного света.
— Скоро придет и наш черед уйти за грань, мой старый друг, — прошептала она. — как думаешь, будут ли о нас петь песни и рассказывать истории?
Лев открыл пасть и зарычал, оглашая все звезды всех созвездий, что он не готов уйти без боя.
— И все же, кто был тот воин во сне, что мы подарили последнему генералу, друг мой? — задумалась Хранительница. — Я не видела его света среди звезд живых и мертвых. Кто это был?
Когда Хаджар снова открыл глаза, то ожидал увидеть Рубиновый Дворец, Императора, принцессу Тенед и всех прочих, но никак не ту же саму пещеру и сидящего напротив Гевестуса.
Разве он только что не овладел техникой медитации Пути Среди Звезд? Разве это не должно было закончить его испытание и вернуть обратно в реальность?
Почему он все еще…
— Я вижу твое замешательство, Хаджар, — Гевестус провел ладонью по лицу, будто хотел смыть с себя все то, что сейчас произошло. Если слово “сейчас”вообще было применимо к происходящему. — Ты увидел перед собой Тропу Звезды — это первый шаг на пути овладения техникой медитации Пути Среди Звезд, но, увы, без свитка и знаний, в нем хранящихся ты не сможешь овладеть ей. Ибо подобные знания невозможно передать от одного адепта другому. Может, если бы мы были Бессмертными, но… их численность так мала, что я сам не особо верю в их существование. Да и, вроде как, никто из тех, с кем я вел дел, включая моего брата Императора — никогда с ними не сталкивались.
— Потому что Бессмертные не могут вмешиваться в дела адептов и смертных, — подумал Хаджар, но не стал этого говорить.
Он находился так далеко в прошлом, что страна Бессмертных легко сошла бы за деревню. А их численность была так невелика, что … тут даже особо и метафоры не подберешь.
— Зачем тогда было все… это?
— Если бы ты не овладел Тропой Звезды, то мы не смогли бы с тобой переместиться к ковену достаточно быстро, чтобы остаться незамеченными, — объяснил Гевестус. — Чтобы ты не подумал, но Путь Среди Звезд пусть и является одной из самых могущественных техник медитации, но это не всесильный прием. А чтобы использовать её в бою, тебе и вовсе придется уплотнить свою терну в трое, или даже в четверо от того, чем ты обладаешь сейчас. Даже Император не способен сражаться в Пылу Звезды дольше трех ударов сердца. Мой же предел — один удар сердца.
Один удар сердца… отрезок времени, показавшийся бы нелепым не только смертному, но и некоторым адептам. Но на уровне, начиная с Рыцаря Духа, за это время мог решиться не только исход поединка, но даже чья-то судьба.
И все же, для боевой техники, это ничтожно малый промежуток.
