Первый — попытать счастье на суде, где все чиновники кормились с рук градоначальника. Либо же отправиться в армию.
Как этот толстяк пережил все тренировки, сражение у Гарнута и прочие тяготы, Хаджар не знал. Видимо, не без вмешательства небес или же самих богов.
— Докладывай, Саймон, — махнул рукой Хаджар, садясь на стул.
Толстяк пусть и не был практикующим или хорошим воином, но он умел сводить дебит с кредитом. А еще умел получить выгоду даже там, где кроме убытков оставались лишь дохлая мышь, мыло и веревка. Так что Хаджар, когда ему представили этого дельца (он, кажется, с одним из соседних селений провернул сделку, по которой его отряд все это время питался отборным мясом), то генерал, недолго думая, поставил его над всеми снабженцами.
За неделю Саймон развернулся на такую широкую ногу, что махом решил несколько весьма серьезных проблем, которые уже долгое время мучили Хаджара. Вот что значит — найти нужного человека на нужное место.
— Так точно, мой генерал. — Толстячок под всеобщие безобидные улыбки со скрипом поднялся со стула.
Скрипели как и стул, не рассчитанный на столь упитанную филейную часть, так и кости самого Саймона. Видимо, и они не предполагали, что когда-нибудь будут носить на себе такой вес.
Достав из складок меховых одежд тяжелый свиток, Саймон развернул его и, что-то пробурчав, начал зачитывать.
— Мой генерал, я сделал все, что мог и даже больше, но чудеса, как вы знаете, творить могут не все. Если бы вы, конечно, разрешили бы мне немного воспользоваться казной. Самую чуточку, то я бы оформил несколько весьма выгодных сделок и…
— Ближе к делу, Саймон, — вздохнул Хаджар.
Он не настолько сильно доверял данному хомяку, чтобы позволять ему запускать свои лапы в казну. Во всяком случае, не сейчас.
— Хорошо, мой генерал. Итак, после торговли с местными мне удалось пополнить наши запасы. Если снизить наваристость армейской каши на четверть, то зиму мы переживем.
— С учетом того, что к нам постоянно прибывают новые люди?
— Насчет этого, — Саймон отвлекся от свитка и нахмурился, — мой генерал, к нам уже прибывают не столько воины, сколько голодные оборванцы и лишенцы. На таких только за последние три дня мне пришлось потратить семнадцать тысяч меховых одеял и одежд. А я спешу напомнить, что у нас и так их не хватает. Людям приходятся утепляться самостоятельно, что вызывает нездоровую атмосферу в лагере.
Гэлион хмыкнул и дернул Саймона за край его богато украшенной меховой куртки.
— Ну ты-то сам, смотрю, приоделся.
— Не понимаю ваших намеков, офицер Гэлион. Эту одежду я честным образом выторговал у селян.
— Которые потом пришли к нам с вилами и копьями, утверждая, что ты обманул их при игре в карты.
Саймон надулся и уже собирался ответить, но у Хаджара не было ни времени, ни желания слушать эту перепалку.
— Дальше, Саймон.
Хомяк прокашлялся и продолжил:
— Пороха и ядер нам хватит на пять, может, шесть залпов. Но проблема даже не в этом. К каждой пушке, как вы все знаете, требуется поставить минимум трех пушкарей. У нас же на двести сорок шесть орудий есть всего сто восемнадцать обученных людей.
— Я могу отправить своих, — подала голос Лиан. — Если уж с луками умеют обращаться, то и пушки осилят.
— При всем уважении, Лиан, — Хаджар повернулся к командиру лучников, — если ты отдашь четыре сотни своих людей к пушкарям, то мы лишимся четырех сотен отборных лучников.
— Тогда мы можем просто смотреть на не стреляющие орудия, — развела руками Лиан.
— Надо думать…
Хомяк опять прокашлялся.
— Мой генерал, можно высказаться?
— Это военный совет, Саймон. Здесь каждый может взять слово.
Хаджар не был демократичным лидером, ибо в армии никакой демократии быть не должно. Только приказ и его выполнение. Но в то же время он понимал, что даже с нейросетью не может знать всего на свете. А тем более — уметь. Так что он ценил любые советы и предложения. Особенно когда они исходили от профессионалов своего дела.
— Давайте поставим к пушкам смертных.
Бравые и опытные командиры повернулись к Саймону.
— Что, я что-то не так сказал?
— Всех демонов мне в… — Хаджар так и не договорил. Занятый разнообразными проблемами, он почему-то сам не смог додуматься до такого простого и выгодного решения. — Саймон, сегодня же отправишься к пушкарям. А вы, командиры, спустите вниз по цепочке приказ — самых смышленых из смертных направить к Саймону и пушкарям.
— Так точно, мой генерал.
— Будет сделано, мой генерал.
Когда со снабжением было покончено, Саймон отправился по делам. В шатре остались лишь “боевые” командиры и несколько их помощников. Большинство Хаджар знал по именам — спасибо все той же нейросети.
Почему-то, когда он обращался к простым офицерам или рядовым по имени, те буквально воспаряли духом.
— Мои люди доносят, что на перевале появляется все больше учеников секты, — начал доклад главный разведчик. — После того как вы отправили им останки старейшины, павильон готовится к бою.
— И мы его им дадим, — кивнул Хаджар.
Командиры замолчали. Неро, покуривающий трубку, выдохнул облако дыма и спросил:
— Позволь узнать — каким, к демону, образом?
