Перед Хаджаром стоял живой огонь. Его ступни терялись в центре волн пламени, расходящегося лепестками бутона огненного цветка. Неприкрытая доспехами плоть — словно уплотнившийся жар кузнечного цеха. Красный до того, что похожий на раскаленный металл.
Единственная одежда, которую носил ифрит — накидка из застывшей лавы, прикрывавшая его пах и спускавшаяся до самых колен.
Вместо волос в небо взвивалось оранжевое пламя, а в глазницах пылало золотое сияние. Ифрит сделал шаг назад, а затем замахнулся. В его руке из чистого огня сформировалась кривая, короткая сабля.
Оставляя за собой в воздухе пламенные всполохи, она едва не коснулась шеи Хаджара, но тот успел отскочить в сторону и, на одних лишь инстинктах, развитых за тысячи подобных сражений, мгновенно нанес удар наотмашь.
Черный Клинок, способный пожрать дух всего, чего он коснулся, внезапно… не встретил ни малейшего сопротивления. Он попросту прошел насквозь. Пронзил грудь ифрита, не встретив при этом ни малейшего сопротивления.
Дух огня — фейри, один из Летнего Двора Фае, лишь усмехнулся и, сделав шаг вперед, снова замахнулся саблей.
В бою ты редко когда думаешь. Обычно действуешь лишь на одних инстинктах — том, что твое тело и разум развили за годы тренировок и десятилетия битв. Так что неудивительно, что Хаджар, опережая действия противника, нырнул в сторону и, оказавшись за спиной противника, плечом врезался между лопаток огненной твари.
Врезался и тут же оскочил, сцепив зубы от жуткой боли.
Доспехи на его плече оплавились и жидкий метал коснулся плоти, мгновенно прожигая её до самой кости.
Хаджар закинул несколько пилюль в рот и скривился еще сильнее.
Проклятье.
Ощущение, как его собственная плоть и кости вырастают заново, выталкивая раскаленный металл — ничуть не приятнее обратного процесса.
— Глупый мешок плоти! — засмеялся Ифрит.
Он взмахнул саблей и в сторону Хаджара устремился веер из огненных шаров, каждый из которых, в полете, вытягивался длинным, острым ножом.
Думать времени просто не оставалось, так что используя мистерии и волю, Хаджар создал взмахом Черного Клинка пелену. Отдаленно похожая на крыло дракона, она накрыла его непроницаемым коконом.
Несколько огненных ножей защита смогла отразить, большинство увязли в черной завесе, а несколько, прошедших насквозь, пламенными всполохами растеклись по броне.
Очередным взмахом Хаджар развеял пелену, а затем, призвав на помощь Ветер, вновь переместился за спину Ифриту.
Если тварь игнорировала плоть, то, быть может…
— Твои попытки тщетны, обезьяна! — смеялся дух.
Хаджар же взмахнул мечом. Только на этот раз он вложил в удар не простую физическую силу, а мистерии своего истинного королевства и волю.
Черная полоска разреза прошла через пространство и врезалась в плечо Ифрита. Хаджар не стал останавливаться, чтобы посмотреть, к чему привел его удар, вместо этого он продолжил свой бег по тропе ветра.
Он, растворившись утренним туманом, плавно, но в то же время невероятно быстро, перетек в другое положение. Теперь уже, оказавшись лицом к лицу с удивленным Ифритом, Хаджар схватил меч обратно хватом и нанес серию быстрых режущих ударов, поочередно перехватывая рукоять между двумя хватами.
Две наложенных друг на друга перевернутых восьмерки иссекли огненное тело духа.
— Как это возм…
Тот распался пламенными всполохами, а Хаджар, тяжело дыша, оперся на вонзенный в землю Черный Клинок. Дрожащей рукой, сплевывая кровь, он посмотрел перед собой. И то, что он увидел выходило за рамки его понимания.
Впереди Гевестус в одиночку бился сразу с одиннадцатью ифритами. Все, как один, копии поверженного Хаджаром противника. Лишь изредка в бесконечных всполохах пламени можно было различить их отличающиеся между собой, но одинаково прекрасные лица.
Они посылали в сторону Гевестуса потоки пламени, но тот отмахивался от них своей саблей так, будто это были лишь назойливые мухи.
Его оружия окутывала какая-то мерцающая энергия, которой Хаджар практически не ощущал. Она была совершенно иного толка, нежели та, которую в современном мире черпали из Реки Мира.
Один из ифритов зашел Гевестусу за спину и нанес мощный рубящий удар, но рассек огненным мечом лишь воздух. Дракон-полукровка, за мгновение до этого, превратился в размазанную ленту.
Сложно было понять, касался ли он травы на холме или бежал над ней, но он, заложив немыслимый для тела вираж, по кратчайшей дуге переместился ифриту за спину. Его сабля была быстрее всего, что видел Хаджар. И её удар, невероятной силы, не создал ни малейшего эха.
И, что удивительно, в ней не было ни грамма мистерий истинного королевства. Лишь воля и… нечто иное. И этого хватило, что удар прошел через огненную вспышку, которую ифрит использовал как свой щит.
Дух распался всполохами, а Гевестус продолжил… атаковать.
Да, сражаясь с десятком противником, брат Императора Драконов даже не думал защищаться. Вместо этого он нападал на них, оказываясь в нескольких местах одновременно.
Его скорость поражала воображение.
