Наверное, из этого получилась бы неплохая баллада, но, увы, он никогда не умел писать текстов. Только музыку. Лирикой всегда занималась Елена и…
Хаджар покачал головой. Сейчас не время для подобных воспоминаний. Где-то на другом конце мира, путь куда не знает даже Хельмер, в ледяном гробу лежит его жена и нерожденный ребенок. И с каждым часом уходит то время, данное ему чтобы спасти своих родных.
— Красивые песни, — прозвучало за спиной.
Хаджар взмахнул рукой и рядом с его пнем появился табурет. Простой, походный, сбитый из поленьев, когда-то не подошедших для костра.
Лэтэя устало опустилась на него и молча протянула руку. Хаджар понял намек и, очередным взмахом достав флягу с брагой, вложил в ладонь подруги.
— Спасибо, — она лихо, движением бывалого наемника, откупорила ребром ладони пробку и запрокинула голову, вливая в горло горячительное.
Сделав несколько больших глотков, она отдала флягу обратно. Открытую.
Хаджар подумал немного и тоже приложился к горлу. Горло обожгло, а в голове чуть полегчало и посветлело. Брага Чужих Земель была достаточно крепка, чтобы пробрать даже адепта. А в мире смертных она, пожалуй, могла бы стать редчайшей горючей смесью, чтобы спалить целый город.
Иронично.
— На каком это языке? — спустя некоторое время спросила Лэтэя.
Хаджар посмотрел на восток, где небо постепенно загоралось вишневым рассветом. Будто бы и ему тоже кто-то, чтобы снять усталость, протянул немного браги.
— На русском.
— Не слышала никогда о таком.
— На нем говорили… говорят на моей родине.
Лэтэя посмотрела на Хаджара с сомнением. Так обычно смотрят на тех, кого подозревают в нервном срыве или легком помутнении.
— В Лидусе? — уточнила принцесса Звездного Дождя.
Хаджар только улыбнулся и ничего не ответил. Лидус ли его лодина? Или далекая страна в другом мире, где стоял каменный Город с рекой, закованной в гранит? Иногда, в такие вечера и, особенно, после подобных недавним событий, Хаджар скучал по Городу.
По его улицам, серому небу, морскому ветру и, наверное, людям. Спокойным и размеренным. Немного пьяным и прокуренным. Таким ему запомнился Город из тех редких прогулок, на которые его вытягивала Елена.
— Он в тебя влюблен, — неожиданно сказал Хаджар.
Сам не понял зачем. Может, чтобы сменить тему разговора. Может просто потому, что песня такая попалась. Про любовь и про лето. Хорошая песня. Глупая, но хорошая.
— Знаю, — кивнула Лэтэя.
Она положила копье себе на плечо, а древко уперла в землю. В этот момент девушка походила на уставшего странника, а не наследницу одной из семей Чужих Земель. Хотя, если подумать, то именной ей — странницей, Лэтэя теперь и являлась.
— Знаешь, Хаджар, в балладах часто поют о том, как тяжела участь безответно влюбленного воина, — Лэтэя улыбнулась каким-то своим мыслям и взмахнула копной золотых волос. — и ни одного слова про то, как это тяжело для той, в кого влюблены. Артеус хороший человек. Добрый. Щедрый. Сильный волшебник. Но… я бы хотела, чтобы у нас с ним были такие же отношения, как с тобой. Как с другом. Верным и надежным.
Хаджар ничего не ответил. Он никогда не был силен в делах сердечных. Да чего уж там — его «серьезные» отношения с противоположным полом можно было пересчитать по пальцам одной руки, а не серьезных — по двум.
Может это было как-то связано с тем, что на Земле пубертатный период, на фоне паралича, прошел мимо калеки, сформировав, тем самым, несколько «извращенную» психику. К добру или к худу — кто знает.
Проклятье…
Говорит, прямо как фейри.
— Скажи ему.
— Сказать… что? — переспросила Лэтэя.
— То, что ты влюблена в другого, — пояснил Хаджар. Он перебирал струны на Ронг’Жа, пытаясь воссоздать старую мелодию. — Он ведь теперь с нами надолго.
— Надолго… — вздохнула Лэтэя. — Калеон ведь даже не попрощался! Не пригласил в дом! Вот, называется, старший брат. Руками брата своего отца с трона скинул и был таков. Уверена, что он специально придерживал информацию о сестре при себе. И сам, при этом, отцу не мстил. Скользкие они — Лецкеты. Да и, пожалуй, все в крупных семьях.
Хаджар посмотрел на Лэтэю. Она действительно говорила, как думала.
Оно и к лучшему.
Некоторые кресты лучше нести одному.
— Ты от темы не уходи, — чуть улыбнулся Хаджар.
Лэтэя посмотрела на друга чисто по-женски и таким же тоном произнесла:
— Хаджар, мы с тобой друзья, но ты мне не отец и не мать. Твое какое дело?
Хаджар убрал Ронг’Жа обратно в пространственное кольцо, после чего встал и потянулся. Взмахнув несколько раз мечом, он вернул клинок в ножны, после чего простер терну и волю на многие мили вокруг. Легким касанием пройдясь по всем окрестностями и не обнаружив ни единого шпиона, генерал отвернулся от рассвета и обратил взор на запад.
Там, у города, приграничного к территориям секты Сумеречных Тайн, их уже ждал Абрахам Шенси со своим отрядом.
