– Однажды ты уплывешь туда, – внезапно, полным печали голосом, произнес его отец. Эйнен хотел было тут же возразить, что не покинет семью, но отец прервал его властным жестом. – Пусть у меня только и один глаз, – он непроизвольно коснулся повязки на левом глазу. – но это не значит, что я стал меньше видеть. Ты уйдешь, я знаю. Не надо отрицать.
Эйнен не стал. Этим вечером, сдирая до крови свои руки, пытаясь очистить их от крови ограбленных честных морских торговцев, он твердо решил, что в следующий заход в порт точно уйдет.
Он просто не мог… больше не мог так жить.
Сомневался и до жути боялся, что если останется, то в следующий раз он будет смывать с рук кровь не торговцев, а… его собственного отца.
– Я люблю тебя, сын.
Эйнен вздрогнул. Он не слышал этих слов от отца уже очень давно.
– Держи, – на край бочки, практически полностью её пересекая, лег сверток. – я не стану наставлять тебя в путь, сын мой. Лишь пожелаю одного – найти, однажды, причину обнажать оружие.
Это был последний раз, когда он видел своего отца.
Причина обнажить клинок… в чем она была? Эйнен никогда не искал славы. Не искал славы. Денег. Войны. Ненужной крови.
Все, что они искал – мира и покоя. Таких же, что испытывали плывущие по небу облака. Но, как никто другой, Эйнен знал, что за мир и покой нужно сражаться.
Сражаться, чтобы защитить!
– Стой, – произнес Эйнен.
В одном этом слове, внезапно, оказалось столько мистерий Духа Шеста-Копья, что они сформировались в оружие. Вот только оно не было направлено в неистовом выпаде, а закружилось в танце, внутри которого, как внутри крепости, продолжал сидеть Эйнен.
Его путь, его Копье в Сердце, заключалось в способности защитить то, что было ему дорого.
Мир. Друзей. Себя.
Крылатый змей, натолкнувшись на невероятную защиту, оказался мгновенно развеян в пыль.
– Я верила… нет! Я знала, что у вас все получится!
Казалось, что Дора была рада успехам своих знакомых даже больше, чем те сами. В данный момент они шли в сторону школьных ворот в виде двух древних големов стражей и подвижной площадке-лифта.
После осознания уровня Оружия в Сердце, экзамен для Эйнена оказался не сложнее, чем для Хаджара. Единственное, его сила заключалась в защите, а не нападении, как у Хаджара. Так что для победы на големами ему пришлось немного попотеть и дважды использовать технику Скалистого Берега.
После получения второго золотого жетона, друзьям пришлось потратить приличное количество времени, чтобы разобраться с их обязательствами по приему ставок.
В итоге, разумеется, абсолютный выигрыш принадлежал трем купонам, купленным на то, что оба пройдут экзамен и уложатся во отрезок времени, не превышающий десяти минут.
Всего таки было куплено три. Один в данный момент счастливо сжимала Дора, два других, разумеется, принадлежали Хаджару с Эйненом.
Они не собирались ставить против себя, что принесло бы им быстрые и легкие деньги. Оба из них были достаточно безумны, чтобы поставить на то, что у них получится выполнить практически нереальные условия.
Так или иначе, по словам скользкого островитянина, в случае неудачи много бы они не потеряли.
Тем не менее, по остальным обязательствам так же нашлись свои победители. В итоге, из восьмидесяти тысяч очков Славы, на три купона осталось три тысячи Доре и по семь Хаджару с Эйненом.
У них вышла сумма более в чем два раза большая по той простой причине, что из-за проигрышных билетов сам тотализатор тоже остался в прибыли.
– Может нам и на бой Тареза с Диносом организовать нечто подобное… – задумчиво произнес Хаджар.
Эйнен поддержал друга весьма недвусмысленной улыбкой. Все же, кровь не водица, а предками островитянина были целые поколения ушлых “джентельменов удачи”.
После того, как вопросы с другими адептами были улажены, настало время разговора с Наставником Жаном. Тот от вей души поздравил двух учеников с успешным прохождением экзамена.
Пообещал познакомить каждого из них не только с куратором полноправных учеников, но и Наставниками, специализирующимися на их оружии. Все же, уровень Оружия в Сердце считался весьма и весьма высокой ступенью владения даже среди учеников внутреннего круга.
Но все это в будущем, а на данный момент Хаджару с Эйненом действительно требовался куратор полноправных учеников. Хотя бы по той простой причине, что им было необходимо заселиться в местное общежитие.
Но, поскольку тот был занят аж до самого утра следующего дня, то этот вопрос было решено отложить. Точно так же, как и вопрос со вторым и третьим этажами Башни Сокровищ. Свитки и манускрипты от туда никуда не денутся, а в сухом остатке сам экзамен обошелся для друзей лишь по полтысячи очков с носа.
Так что, поддавшись влиянию Доры Марнил, они теперь двигались к выходу из школы, дабы предаться заслуженному отдыху.
– Но только учеников внутреннего круга выпускают с территории в свободном порядке, – напомнил Хаджар. – Без задания от Зала Славы нам выход в город заказан.
– Был бы заказан, – поправила эльфийка. – если бы не одно “но”.
– И какое же? – поинтересовался задумчивый Эйнен.
