Скорбь издал низкий утробный рык. Атта была энергичной и изматывающей любовницей — как раз то, что нужно, чтобы утолить жажду крови после хорошей драки. Но сейчас он должен сосредоточиться на убийстве, а не на страсти.
На него нахлынуло уныние. Он скучал по забавным выходкам Мелка и его болтовне. Шаман мог бы предсказать, чем кончится эта битва. С другой стороны, королю редко удавалось разобраться в путаных предсказаниях альбиноса.
— Ловушка, — фыркнула Атта, глядя на корабли, выстроившиеся перед Танимурой. — Нас заманили сюда.
— И мы видим их ловушку, но нас не удержать. — Налетчики боевым тараном влетят в эти корабли. — Сегодня ночью акулы попируют.
— И мы тоже, — ответила Атта под ликование команды.
Когда они подошли ближе, Скорбь узнал небольшое серое судно, стоявшее перед танимурскими кораблями. Кракенобоец.
— Глянь на корабль! Мы уничтожим все суда противника, но сначала... — Он стиснул зубы, и на лице со шрамами напряглись желваки. — Этот корабль будет первым. Он мой.
Рассредоточенный флот Танимуры представлял собой пеструю группу больших и малых кораблей. Одни были тяжело вооружены и низко сидели в воде, другие же сохранили маневренность. Закаленные рыбаки и опытные торговцы умели сражаться со штормами и крупной рыбой в открытом море, но никогда не сражались с кем-то вроде норукайцев.
На них двигалось больше сотни змеиных кораблей. Натан стоял на носу «Преследователя», чувствуя, как ускоряется пульс. Он с нетерпением ждал столкновения.
Переднее норукайское судно направилось прямо к кракенобойному кораблю, вспенивая воду веслами.
— Пресвятая Мать морей, вот и они! — воскликнул Бэннон.
Бойцы по всей линии обороны готовились к бою: солдаты, матросы и лучники. Среди них были и одаренные: Орон, Перри, несколько сестер Света, самые опытные из ученых Твердыни и одаренные добровольцы из Танимуры.
— Я и не знал, что у норукайцев так много кораблей! — Капитан Джаред выглядел необычайно серьезным. Таким Натан его еще не видел.
Натан, который тоже был впечатлен, улыбнулся:
— Король Скорбь любит нападать на беспомощные деревни. Сегодня он поймет, что мы от них отличаемся.
Никки осталась на суше вместе с Зиммером и Линденом, присоединившись к войскам, которые патрулировали побережье. Они были готовы сражаться на улицах, если норукайцы прорвутся через морскую блокаду и примутся грабить город. Натан знал, что колдунья сумеет их остановить, но намеревался не пропустить к берегу ни одного змеиного корабля.
Враг приближался. Покрытые шрамами воины высыпали на палубы, подняв мечи и топоры. Цепляясь за носовую фигуру змея, король Скорбь издавал первобытный боевой рев.
— Мы убьем тебя, Скорбь! — тоже заорал Бэннон во всю силу легких. — Иди сюда, уродливый ублюдок!
Лила выгнула бровь:
— Ты меня впечатлил, мальчишка.
Натан всецело сосредоточился на норукайском короле, который был самым отвратительным из всех. Омерзительная крупная женщина подле короля вскинула в воздух массивный кулак.
Внутри Натана вскипала опасная магия.
— Иди навстречу своей судьбе.
Впервые он увидел норукайцев после того, как вместе с Никки и Бэнноном выжил в кораблекрушении неподалеку от бухты Ренда. Во время того нападения норукайцы погубили немало беспомощных людей...
Бэннон будто тоже вспомнил о той ночи, и лицо его ожесточилось. Он держал меч мертвой хваткой, на его лбу проступил пот.
— Нам предстоит крупное сражение. Я могу впасть в боевое безумие и не осознавать, что происходит. — Он посмотрел на Лилу. — Так много врагов нужно убить.
Грохот норукайских барабанов наполнил гавань, и вызывающие крики усилились. Натан ощутил, как сердце в его груди сжимается от гнева, принадлежащего не только тени главного укротителя Айвена.
— Скоро сможешь творить насилие сколько угодно, — прошептал он темному призраку внутри себя. — Так займись делом.
Змеиные корабли были все ближе и ближе. Налетчики наваливались на весла в последнем рывке.
Натан на носу «Преследователя» поднял руки и расставил пальцы.
— Почти пора.
Когда воздух наполнился треском магии, поднявшийся ветер принялся трепать его плащ, словно флаг. Сестры Света стояли на носу соседних кораблей, тоже призывая магию.
По всей линии морской обороны волшебники и колдуньи поднимали волны. Вода перед «Преследователем» вспенилась, и Натан при помощи дара сформировал волны, словно пекарь, который разминает тесто. С силой выдохнув, он надавил ладонями вниз, призывая невидимую силу и создавая провал в воде. Появилась рябь, каждая волна была сильнее предыдущей. Валы накатывали друг на друга, образуя белые шапки, и двигались в сторону норукайского флота.
Натан вложил в воду больше силы, создавая крупные волны и посылая по морю шторм. Его одаренные товарищи действовали схожим образом, образуя в обычно спокойной гавани бурные потоки. Высокие волны раскачивали вражеские корабли, словно те были щепками, и несколько норукайцев выпало за борт. Один из них угодил под удар весел и скрылся под водой.
