Норукайцы продвигались, несмотря на штормовой ветер и бурные волны. Тридцать кораблей налетчиков все же прорвались через блокаду и направились прямо к докам.
Никки повернулась к сестрам:
— Натан и остальные сделают с воды все, что в их силах. Нам нужно устранить остальных.
— Я рада снова сражаться вместе с тобой, сестра Никки, — сказала Элдин. — Хорошо, что ты вернулась к сестрам Света.
Взгляд Никки стал жестким.
— Я не вернулась. Я не сестра Тьмы, и я не член вашего ордена. Я служу лорду Ралу и себе. — Она бросила выразительный взгляд на собравшихся женщин. — Но в каком-то смысле мы действительно сестры. У нас общий враг.
Когда группа змеиных кораблей устремилась к докам, Зиммер разослал вдоль побережья вооруженные отряды. Солдатские сапоги загрохотали по доскам. Жаждущие мести переселенцы из бухты Ренда и Эффрена усилили д’харианскую армию, но основной удар на себя примут солдаты. Зиммер пришпорил коня, и солдаты с криком бросились в атаку.
Несколько кораблей налетчиков направились к плоскому острову Халзбанд и новым мостам, соединявшим его с городом. Сестра Рода посмотрела на то место, где когда-то возвышался Дворец Пророков, и хищно улыбнулась.
— Может, остров Халзбанд снова покроется зеленью, если пролить достаточно норукайской крови.
Никки тоже улыбнулась:
— Мне нравится ход твоих мыслей, но в первую очередь нужно разобраться с ближайшими кораблями.
Три побитых судна направились к свободному участку берега в дальнем конце главной пристани. У одного корпус был обуглен от удара молний. В темных парусах зияли дыры, но при помощи немногих уцелевших весел корабль шел вперед, пьяно вихляя, пока не оказался на галечном берегу. Уродливые налетчики высыпали с палуб на землю.
Два других змеиных корабля врезались в пустые доки, заскрежетав о сваи. Мускулистые работорговцы перемахнули через борт и рванули к городу с оружием наперевес, собираясь устроить кровавую бойню.
Никки и д’харианские солдаты их остановят. Сестры Света вызвали ледяной дождь и колючий град, но норукайцы, пригнувшись, бросились вперед с топорами, шипованными булавами и кистенями. Открыв обезображенные рты, они завыли.
— Монстры, — ужаснулся не видавший их прежде д’харианский солдат.
— Они истекают кровью, как люди, и умирают, как люди, — сказала Никки.
Подкрепляя свои слова, она создала на ладони огонь волшебника, и тон криков бежавших к ней налетчиков изменился — пылающий шар врезался в грудь ближнего мужчины и вылетел из спины. Неукротимое пламя зажарило еще трех норукайцев позади первого.
Колдунья призвала вторую сферу и бросила по более высокой траектории, чтобы огонь упал подальше. Многие с криками умирали, но норукайцы ни на миг не прервали наступление. Даже когда товарищи падали, налетчики перепрыгивали через обугленные тела и продолжали бежать.
— Щиты! — крикнул Зиммер, и солдаты выставили щиты кромка к кромке, сформировав стену.
Они медленно двинулись вперед, выставив мечи навстречу врагу. Раздался оглушительный лязг оружия по выделанной коже, дереву и металлу.
Никки запустила навесом еще один огненный шар, и он взорвался на ближнем корабле, воспламенив палубу и мачту, а также убив несколько норукайцев, сходивших на берег последними.
Дисциплинированные д’харианские солдаты держали строй, но норукайцы были в безумной ярости. Обозленные беженцы сломали строй и бросились в бой, нападая на диких налетчиков, которые разрушили их дома и убили родных. Глава поселения Таддеус размахивал лодочным крюком, проламывая черепа и вонзая оружие в безобразные лица. Выжившие из бухты Ренда последовали его примеру с такой яростью, что смогли остановить атаку норукайцев. Солдаты Зиммера перестроились и двинулись вперед.
С крыш прибрежных складов д’харианские лучники обрушивали на налетчиков залп за залпом. Вскоре улицы были завалены телами норукайцев, а по сточным каналам потекла кровь. Но налетчики продолжали прибывать.
Еще десять змеиных кораблей врезалась в пустые пирсы, исторгнув из себя тысячу вопящих воинов. Не думая о себе, налетчики ударили в строй д’харианских защитников, прорвались через стену щитов, побежали к складам и подожгли их. Пламя охватило деревянные стены, тюки тканей и мешки с зерном; поднялся густой дым. Лучникам пришлось прыгать с крыш, спасая свои жизни.
Двумя молниями Никки превратила нескольких нападавших в красный туман и почерневшее мясо. Каждый норукаец, выбегавший на берег, словно ждал смерти и хотел причинить как можно больше разрушений перед гибелью.
Воин с лицом, похожим на уродливую картофелину, пробился к генералу Зиммеру, который схлестнулся в смертельном поединке с другим налетчиком. Увидев, что ему нужна помощь, Никки простерла дар, нашла сердце безобразного норукайца и взорвала его. Тот упал, как подкошенный. Четверо товарищей уставились на него, не понимая, что произошло. Никки снова прибегла к дару и остановила сердца четверки.
В гавани продолжалось морское сражение. Минимум сорок змеиных кораблей уже были разбиты или потоплены.
