Натан отшатнулся, прикрывая глаза рукавом потрепанной рубашки. Удар молнии получился мощным, но показался лишь шепотом по сравнению со структурированным заклинанием, которое задействовала Никки. Магия набирала силу.
Линии разрастались и разветвлялись, а шипы света пронзали пространство острыми кончиками. Их узоры и потоки взаимодействовали и соединялись, придавая всей сети линий предназначение — приоткрыть разорванную завесу достаточно широко, чтобы Владетель мог схватить задержавшиеся в этом мире души и утянуть туда, где им место.
После того как Никки привела структурированное заклинание в действие, оно разрослось последовательностью пересечений и дорожек, которые дугами разошлись во всех направлениях. Колдунья парила над землей внутри сети, чувствуя каждую новую линию так, будто некая космическая игла делала стежки в ее душе, а нити света, вплетаемые в ткань заклинания, порождала сама Никки. Она испытывала мучительную боль и удовольствие одновременно.
Заклинание охватит генерала Утроса и всю древнюю армию.
Натан наблюдал за распространением линий силы, набиравших мощь, и понимал, что все это за пределами его возможностей. Ричард создал заклинание, но Никки послужила движущей силой, приводящей его в действие. Прекрасная колдунья кружила в воздухе, опутанная сетью расширяющейся неодолимой магии.
Солдаты эскорта Утроса закричали и попятились. Их лошади в панике встали на дыбы. Ава и Рува вызывающе завопили от ужаса, пытаясь защититься от заклинания Никки. Генерал напряженно шагнул вперед, силясь поднять меч и ударить Никки, но оружие было тяжелее горы. Бэннона и Лилу захлестнуло волной энергии. Они пытались устоять, держа перед собой мечи в попытке защититься от сил, которые невозможно было вообразить. Остров Халзбанд трясся и содрогался, а россыпи щебня под ногами делали поверхность неустойчивой. Никки висела в воздухе, а вокруг нее разливался свет.
Ослепительные спирали линий с невероятной скоростью пролетели по мостам в нижний город и достигли гавани. Заклинание злобным ветром пронеслось по всем городским кварталам, добралось до холмов и вышло за их пределы. Неудержимая магия поглотила десятки тысяч солдат армии завоевателей. Подземный мир раскрыл прожорливую пасть, требуя эти души.
Мужчины в древних доспехах кричали. Одних охватывала сеть зеленых линий, других пронзали шипы оранжевого света, а третьих рассекала на части бритвенно-острая черная энергия.
Щупальца простерлись за пределы Танимуры, далеко по побережью, мчась по всему Древнему миру и забирая души древней армии, где бы они ни находились. На кону стояла сама граница между жизнью и смертью, и теперь она была открыта.
В этот момент Натан почувствовал, как рвется из груди его сердце. Темнота внутри пыталась сопротивляться силе, тянувшей ее наружу. Он схватился за грудь, когда изнутри ударил таран боли. Он не испытывал такой мучительной боли с тех пор, как повелитель плоти Андре рассек его грудину, чтобы извлечь старое и слабое сердце.
Теперь остатки Айвена напряженно боролись. Дух злобного человека сопротивлялся, но бушующее структурированное заклинание требовало его испорченную душу до последнего кусочка. Обжигающий зеленый свет вспыхнул перед взором Натана и внутри его разума, и он использовал дар, чтобы вытолкнуть из себя отвратительную тень.
С последним ударом тупой боли отравляющие следы Айвена выскользнули и развеялись, как распростертые крылья ворона. Дух главного укротителя засосало вместе с другими кричащими душами в разверзшийся подземный мир.
Натан понял, что наконец-то свободен.
Зеленоватая дымка заклубилась туманом, поднимаясь из того мира, который не принадлежал живым. По всему полю боя, на холмах и городских улицах земля содрогалась и раскрывалась, затягивая в преисподнюю полчища кричащих древних солдат. Души их отделялись, а многовековые тела рассыпались в прах.
Находясь в центре магической бури, Никки поняла, что элементы заклинания — это символы языка Сотворения. Язык стихий гудел в ритме самой жизни, а также взывал к мертвым.
Мерцающий дух Авы попытался улизнуть, вырваться из невидимых когтей судьбы. Ее неосязаемая фигура вытянулась и скрутилась, а затем с затихающим криком унеслась прочь. Рува бросилась за мертвой сестрой, пытаясь поймать, но ее ограничивало физическое тело. Их связь с сестрой была слишком сильна, и Владетель затребовал обеих. Душа Рувы отделилась, неумолимо следуя за близнецом в подземный мир. Ее опустошенное тело безжизненно упало, рассыпавшись пылью и фрагментами пожелтевших костей.
Никки висела в воздухе, пока продолжалось магическое истребление, и понимала, что сложность заклинания выходит за пределы ее понимания. Она с благоговением смотрела на сеть света вокруг себя, состоявшую из различных узоров, рисунков и непостижимых символов. Ее не удивляло, что Ричард смог постичь такую силу. Заключенная в кокон сети колдунья наблюдала за процессом созидания и уничтожения.
