Через толстую пелену сна пробились громкие звуки. Никки очнулась из-за суматохи внутри каменных зданий. Колдунья рывком села, не обращая внимания на никуда не отступившую усталость. Мрра пружинисто поднялась и повернулась к остаткам расколотой двери, которую накануне сама разодрала когтями, чтобы вырваться из заточения. Никки соскользнула с кровати. Голова пульсировала от боли, колени дрожали, из-за сотен укусов ее бледная кожа была покрыта багровыми волдырями. Она попыталась встряхнуться, чтобы картинка перед глазами не расплывалась.
— Идем, Мрра. Посмотрим, что там.
Никки вместе с кошкой бежали по освещенным факелами коридорам к главному входу. Прячущиеся столпились у высокого дверного проема, глядя на солнечный свет так, словно все еще его боялись.
Присевшая в тени юная Аша повернулась к ней со смесью отчаяния и надежды на лице.
— Никки, нам нужна твоя помощь!
Когда девочка схватила ее за руку, Никки вздрогнула, ощущая боль от кровоподтеков и укусов. Усталость была ошеломительной.
— Я уже спасла вас. Жисс сбежали?
Мужчина, стоявший рядом, покачал головой.
— Нет, не жисс — армия! Он вернулся!
— Какая армия? — Она была удивлена таким заявлением и не совсем понимала, в чем дело.
— Тысяча солдат с символом императора Кергана! Сайрус сказал, что это генерал Утрос. — Аша поникла головой. — А теперь он мертв.
Бессмыслица какая-то.
— Генерал Утрос где-то далеко. Зачем ему приходить сюда?
— Здесь его столица, — сказал другой мужчина, кутавшийся в серый плащ. — С ним две колдуньи. Сайрус и десяток последователей вышли генералу навстречу, но колдуньи обратили их в кости и пепел.
От такой новости Никки ощутила прилив сил, хотя в ушах еще звенело, а голова пульсировала от боли. Она пробралась мимо людей в тусклых одеждах и остановилась перед высоким дверным проемом.
— Две колдуньи?
Солнечный свет бликовал на многочисленных щитах, мечах, кольчугах и доспехах. Сотни всадников заполнили главную площадь. Генерал Утрос в рогатом шлеме и золотой маске сидел на вороном жеребце. Рядом стояли две лысые женщины с разрисованной кожей.
Не колеблясь, Никки вышла на яркий свет, чтобы встретиться с ними.
В воздухе витал запах горелой плоти. Утрос держал поводья, разглядывая испепеленные тела в серых одеждах. Теперь ему нужны новые пленники, которых можно допросить.
Ава выглядела удрученной из-за того, что разочаровала генерала.
— Уверена, они собирались атаковать.
— Взгляни на тени, — сказала Рува. — Там прячется еще больше людей. Они наводнили твой город — то, что от него осталось. Мы должны избавиться от них.
В почерневших до костей руках погибших были отличные мечи. Утрос задумался, не были ли скрытные люди в серых плащах остатками потерянной армии, оставленной в руинах. Уже настороженно он оглядывал огромные башни и резьбу на стенах, изображавшую сильно преувеличенную славу Железного Клыка. Город стал производить более зловещее впечатление после того, как колдуньи уничтожили первых нападавших — или это были переговорщики? Любопытствующие? Их не следовало убивать так быстро.
— Я генерал Утрос, и я вернулся в Ороганг, — крикнул он, обращаясь к теням. — Если ваш император не достоин, тогда я стану вашим новым правителем.
Его громкие слова спугнули голубей с высоких карнизов. Солдаты наводнили площадь, выстроив коней рядами. Он слышал бряцанье амуниции, скрип кожаных доспехов и музыкальный звон доставаемых из ножен мечей, пока они ждали ответа в зловещей тишине.
— Покажитесь! — крикнула Ава. — Склонитесь пред генералом Утросом.
— Прячутся, как жуки в гниющем бревне, — пробормотала Рува. Она с отвращением посмотрела на почерневшие тела, лежавшие на плитах впереди. — Мы уничтожим их всех, чтобы вернуть твой город.
Бледные люди явно боялись обычного солнечного света, и Утрос решил, что они просто мусорщики, человеческие отбросы, которым не место в прославленной столице.
Утрос повернулся к своим солдатам:
— Разбейтесь на отряды и пройдите по основным зданиям. Зачистите их и соберите людей. Мы их допросим.
Он развернулся лицом к внушительному дворцу, где когда-то восседал на троне Железный Клык. Утрос помнил тянувшиеся к небесам башни, контрфорсы и арочные окна, ныне заложенные кирпичом.
Но главный вход был открыт, и внутри сгрудились фигуры. Наверняка они видели, как Ава и Рува сожгли первую группу посланцев, и он планировал вселить в их сердца еще больший страх. Он собирался заехать на вороном жеребце через врата и направиться прямо к тронному залу, как герой-завоеватель.
Одинокая гордая фигурка смело вышла на солнечный свет. Черное платье, облегавшее стройную фигуру, разительно отличалось от изорванных серых лохмотьев остальных. Ее светлые волосы были неровно острижены, а проницательные голубые глаза смотрели на него так, словно рядом не было ни солдат, ни колдуний. Она смотрела на него, и только на него.
— Я готовилась нанести тебе поражение в Ильдакаре, генерал Утрос, — сказала Никки. — Но теперь я вышвырну тебя из Ороганга.
