Багира демонстративно повиляла кормовой частью, показывая место соединения двух частей тела. Угол, на который она отклоняла переднюю — или заднюю, тут как посмотреть — часть составлял что-то около сорока пяти градусов в каждую сторону. При этом изогнутые, накладывающиеся бронепластины на боках, похожие на ламинарный доспех, отгибались в сторону поворота, чтобы не тереться друг об друга.
— В подбашенной корзине хранится боекомплект в пушке и пулемету. Для доступа к боекомплекту требуется демонтировать часть элементов бронирования и снять днище подбашенной корзины. Расположение этих элементов не предполагает обслуживания на док-станции, — тигрица на секунду замолчала, словно задумавшись. — Мои техники постоянно просили меня не бояться щекотки и не ложиться на пол. Я только сейчас осознала, что это была шутка.
— Подожди, я правильно поняла, что для любого обслуживания тебя нужно… Разбирать?
— Да. У меня богатый внутренний мир. Технический персонал часто описывал его нецензурными эпитетами. По их словам, мои кишки проектировал какой-то идиот.
Луна прыснула, но быстро успокоилась, осмотрелась внимательнее. Рабочие места явно указывали на то, что создатели Багиры были двуногими и имели кисти, как минотавры, и, возможно, их пальцы были сильно тоньше и более ловкими. Маленькие кнопки, небольшие, аккуратные рукоятки у инструментов, переключатели, крутилки, все это указывало на то, что эти существа обладали мелкой моторикой, недоступной большинству известных принцессе рас. Высота рабочих мест, как стоячих, так и сидячих, позволила оценить примерный рост создателей боевой машины — меньше двух метров, но значительно больше полутора. Они были, вероятно, ростом примерно с Селестию, причем если мерить ту по кончик рога, а не холку, как обычно принято.
Луна перевела взгляд на притихшую тигрицу. Ту явно смущала ее неспособность вспомнить создателей или их врагов, о чем она, в какой-то момент, прямо и сказала. Попытка определить границы памяти робота привели к неожиданным для них обеих выводам.
Багира могла легко назвать «тактико-технические характеристики» противника, как с ним бороться, но вот показать хотя бы один пример этой самой «живой силы»… Да даже машин, с которыми она всю жизнь воевала, не могла — в ее памяти почему-то всего этого не было. Она даже произвела полную диагностику и анализ логов, но, похоже, так ничего и не нашла. Единственный вывод, к которому она смогла прийти, это, что она всегда такой была, и никогда не запоминала полноценно визуальную информацию. Ну а так как ее нейросетевая модель и программное обеспечение не были способны генерировать изображения, просто создать картинку и показать ее машина тоже была неспособна.
А нормально описывать она так и не научилась.
В пользу этого варианта говорило и то, что Багира понятия не имела, как выглядит Блю Флауэр. Она идертифицировала не столько визуально, сколько с помощью «характеристического излучения», ну или просто магии. Все, что хранила тигрица из описания внешности, это примерные размеры, цвет, ну и класс: пони.
На вопрос, как она тогда определяла мантикору, Багира вывалила атрибуты-признаки, по которым ее можно было узнать. Размеры, наличие длинного хвоста с колющим наконечником, крылья — и параметры крыльев — наличие гривы. Луна, наконец, осознала, что Багира мир не видит так, как она привыкла, для нее все было параметрами и свойствами, которые она анализировала.
Машина предположила, что дело в вычислительных мощностях и доступной памяти. Разработчики обрубили и упростили систему настолько, насколько это было возможно, для обеспечения максимального быстродействия и минимальных затрат памяти. Багире не нужно было точно идентифицировать вражескую технику и ее название, ей нужно было просто понять, что перед ней — танк, бронемашина, вражеский солдат или другой автономный робот. Для этого не нужно хранить трехмерную модель или фотографию, ей достаточно примерно знать, что в качестве противников ей будут противостоять такие-то классы боевых единиц с такими вот характеристиками, у которых есть такие-то признаки, и все. Анализ визуальной информации и так требовал много ресурсов и времени по меркам робота, тратить секунды на то, чтобы точно определить модель встретившейся техники смысла не было никакого, особенно с учетом постоянно меняющихся условий на поле боя.
Именно поэтому Багире принадлежал своеобразный антирекорд по дружественному огню, о чем она рассказывала с явным смущением — ей не нравилось упоминать о своих ошибках. Неспособность визуально отличать своих от чужих приводила к тому, что машина быстро и без раздумий расстреливала все, что походило на противника.
