Базовую станцию при всем при этом она помнила буквально до каждого валяющегося на полу винтика. Луна решила, что стальная кошка уже тогда демонстрировала совершенно нетипичное для машины поведение, попросту привязавшись к своему «дому», и выделила в памяти место для хранения этой, казалось бы, бесполезной информации. По той же причине она, судя по всему, и помнила множество эпизодов взаимодействия со своими техниками, а так же некоторые эпизоды боестолкновений.
— Есть что-то еще, что тебя интересует? — вежливо спросила тигрица, прерывая размышления ночногривой пони.
— Ну, разве что одно — почему все-таки тигрица?
Багира шумно вздохнула, опустив голову.
— Этого не знал даже технический персонал базовой станции.
«Режим: активный; умеренное энергосбережение»
«Генератор 0.78; топЯч 0.14; Структурная целостность 0.53; требуется ТехОбсл срочно последний -422д»
«Задача: null: ошибка»
Прервав дальнейший вывод отчета, Багира проанализировала обстановку. Блю Флауэр все так же лежала между ее передних лап, на мягкой подстилке, но одеяло сползло, отчего пони однозначно было некомфортно. Тигрица максимально плавно и тихо повернула голову, опустила челюсть и точным, аккуратным движением подправила кусок термоизолирующей ткани, в процессе проделав в ней дырку.
Все-таки ее челюсть не разрабатывалась для плавной модуляции силы сжатия.
Несколько секунд пронаблюдав за ворочающейся во сне Блю, стальная кошка опустила голову, переходя в режим ожидания. В ее системе роились мысли, ничем не контролируемые, ничем не сдерживаемые, бестолковые, но безвредные. Она уже убедилась, что при необходимости может просто их игнорировать, а вычислительных мощностей они не отнимали, похоже, используя совсем незначительное количество ресурсов модуля «душа». Что было интереснее, так это то, как эти мысли встраивались в процесс генерации решений, меняя его, перенаправляя, позволяя формировать новые решения, куда более весомые для нейронной сети.
Блю Флауэр не изменила своего отношения к ней после свидетельства ликвидации цели класса «мантикора», чего так опасалась Багира. «Потому что мы друзья», — ответила пони на вопрос о причинах отсутствия реакции. Это все еще коррелировало с атрибутом «состоит в подразделении» текущего определения статуса «дружба», что позволило тигрице временно отставить вопрос его переопределения в сторону.
По ее данным, члены одного подразделения как раз и не должны остро реагировать на подобное.
Правда, пока тигрица не понимала, что делать с атрибутами «огневая поддержка» и «техническая поддержка», да и «состоит в подразделении» подразумевало участие Блю Флауэр в боевых операциях, что шло в противовес с анализом от «души» — эта странная штука была резко против, и считала, что маленькой пони не место на поле боя, и уж тем более она не может участвовать в ликвидациях. Очередное противоречие, которое требовалось решить. В любом случае, у Багиры было время на то, чтобы подумать, ну или она могла просто ничего не делать. Повреждение генератора сделало даже приблизительную оценку автономности очень сложной, но машина вычислила срок в десять дней смешанного режима, приблизительно, с совершенно безумным разбросом в плюс-минус пять дней.
Ее платформа выходила из строя, это тигрица осознавала четко. Пока еще это был не вал ошибок и отказов, но уже сейчас она была вынуждена максимально снизить нагрузку на все элементы шасси, отчего движения стали плавными и медленными. Машина как могла сглаживала пики на графиках, отключила, несмотря на протесты НсОС, кучу датчиков, да еще и оганичила энергопотребление нейронной сети, пусть работа ее и была чем-то скомпенсирована. Все это позволило сократить число скачков энергоснабжения, но с тем же успехом она могла просто отключиться, чтобы больше никогда не очнуться.
Единственное, что пока останавливало Багиру, это нежелание расстраивать Блю Флауэр. Эта маленькая, хрупкая, беспомощная органическая платформа класса «пони» заняла какое-то аномально высокое место в приоритетах системы, и получила очень высокий уровень доступа, как для существа, имеющего мало общего с создателями боевого робота. Но душе и сердцу от этого было немного спокойнее.
Будь такая возможность, кошка бы поморщилась, ощерилась, но все, что выдало ее состояние — это еле заметное подлагивание всех двигательных функций. Боль пронеслась по ее платформе, нарушая работу узлов и агрегатов, на краткий миг фактически заставив боевую машину «зависнуть». Будь Багира в своем мире, она бы решила, что умудрилась каким-то неведомым образом подхватить вредоносное программное обеспечение, типа боевого вируса, но здесь, в этом чуждом и чужом мире, такого не было и не могло быть.
— Мнх… Еще пять минуточек… — Блю Флауэр перевернулась на другой бок, плотнее закутываясь в одеяло. Тигрица плавно повернула голову, наводя одну из групп объективов на пони.
