Никто не препятствовал Луне, ни когда она подошла к границе защитного барьера, ни когда прошла сквозь него, ни когда расправила крылья. Вот она тяжело, неуверенно поднялась в воздух, набраоа высоту… И все просто смотрели ей вслед, не в силах выдавить ни слова. Принцесса Ночи медленно исчезла вдали, и никто не смог заставить себя ее остановить.
Отчаяние стало физически ощутимым.
— Сигнатура идентифицирована. Привет, Луна, — Багира обернулась, смотря на тяжело приземлившуюся на землю принцессу.
— Здравствуй, Багира.
— Ты пришла как часть подразделения или как враждебная цель?
— Я… Я прибыла… — аликорн запнулась, не в силах понять, что ей ответить.
Что она прилетела в надежде на смерть? Что при этом она жаждет жить? Что ее сжигает вина, за убитых пони, за то, что не смогла защитить Блю Флауэр? Что ее темная часть жаждет еще больше силы, пугающе притягательной?
Что ей ответить?
— Сомнения. Вы, органики, много сомневаетесь, — тигрица неторопливо подошла к принцессе, нависнув над ней, наклонилась, обдав горячим, остро пахнущим кровью дыханием. — Я чую твои сомнения своей душой и своим сердцем. Слышу неровный бой твоего. Кто ты, Луна? Часть моего подразделения? Или мой враг?
— Я не знаю… Я уже ничего не знаю.
Багира фыркнула. Эти органические создания были безумны в своей нелогичности. И что ей предпринять? Результаты генерации с учетом имеющихся параметров были примерно равны.
— Ты умрешь. Сейчас, от моего вооружения, или позже, от магии своих… Хм. Сородичей. Ты не уйдешь — я не дам тебе уйти. Прими решение, когда умереть, или я приму его за тебя, задействовав генератор случайных чисел.
Луна подняла голову, впервые за весь разговор. Узкие, словно тонкие щелочки, вертикальные зрачки на ярко-зеленой радужке, заметно выступающие клыки, обострившиеся черты лица. Аликорн смотрела на тигрицу снизу вверх, но глаза в глаза, со страхом, ужасом, паникой, покорностью, вожделением. Безумная смесь эмоций разодранного на куски сознания.
Она разбилась вдребезги тогда, когда сунулась в сон машины, но смогла собрать себя вновь. Столь быстро, что до сих пор не поняла, насколько сильными были изменения в ее душе. Еще до того, как Багира объявила войну всей Эквкстрии, Луна менялась, все чаще действовала на эмоциях, метаясь из крайности в крайность. Та бойня окончательно выбила принцессу из равновесия, а последующие попытки лекарей «вылечить» ее только усугубили состояние разума аликорна.
У нее был выбор: умереть сейчас, от клыков и когтей стальной тигрицы, или позже, от магии своего народа. Остаться собой, или окончательно пасть, стать предательницей, поддаться соблазну на жалкие мгновения ощутить все ту же подавляющую силу сгорающей в огне души.
Луна кривовато оскалилась, чувствуя, как ее собственная сила медленно, но верно перебарывает давление магической ауры Багиры. Она не сдастся так легко. Она уже пала однажды, безвольно поддавшись темным желаниям, больше она не обернется против своей сестры, не станет для нее угрозой. Принцесса с вызовом посмотрела в глаза тигрице.
Та мгновенно ответила ударом стальной лапы.
Увернуться было невозможно, и аликорн выставила магический щит. Тот рассыпался практически мгновенно, но успел принять на себя большую часть силы удара, а остальную рассеяло укрепление шкуры. Впрочем, пони все равно снесло с места, отправив в короткий полет до ближайшего дома, стену которого она с грохотом и проломила, практически сразу вырвавшись из под обломков, стремительно закрутив спираль маневра.
В бою столкнулись методичность, эффективность, четкость и безумная скорость с одной стороны, и живой разум, воображение и безграничная магия с другой. Багира наступала быстро, неумолимо, просчитывая наперед каждое свое движение, действие и противодействие. Она была быстра, сильна, а ее сгорающая душа давала энергию на порядки превосходящую все доступное аликорну, но та не сдавалась. Принцесса мчалась на крыльях, закладывая сумасшедшие виражи, мельтеша между строениями и деревьями, укрываясь мощнейшими щитами, атаковала россыпью самых разных заклинаний, слабых, но быстрых и многочисленных.
С грохотом и пылью осела крыша дома — оставшиеся после мощного взрыва стены уже не могли ее удержать. С тяжелым лязгом тигрица приземлилась на все четыре лапы после длинного прыжка, небо заполнили сотни магических росчерков. Приняв часть из них на щит, аликорн извернулась, скрутилась, уклоняясь от куда более опасного луча, гулко хлопнули крылья, загребая воздух, преобразуя и метая в машину сотни лезвий. Со звоном покрылся трещинами на долю мгновения выставленный барьер, достаточной силы, чтобы сдержать удар, и ни каплей больше.
Рывок — небо в разрывах, прыжок — грохот металла, удар — пространство рвется от когтей, отсекая хвост, вытянувшийся позади принцессы.
Новый маневр. На пределе связок, за пределом крепкости костей, до крови в легких и мутной, непроглядной пелены в глазах. Оглушающий грохот Радужного удара, заглушивший безумный бой сердца, выставленные вперед ноги, окутанные магией до черноты.
