Мое сердце слишком глубоко укрыто под камнем, чтобы ощутить тепло от ее похвалы. Я позволяю ее словам омыть меня – сути, но не чувству. Мэйлин это замечает и снова хмыкает, довольная.
– Ты хорошо училась, дитя. Ты доказала, что являешься всем, на что я надеялась, и даже б
Я слегка поднимаю брови.
– И что же это за урок?
– Ты должна послать эту силу наружу. Пришла пора тебе научиться переводить другие живые существа в состояние камня. Пора тебе освоить ва-джор.
Сердце резко подскакивает.
– Я… Я не хочу убивать людей. И зверей.
Старая ведьма фыркает.
– Не убьешь. Ва-джор – это не жизнь, но и не смерть, просто существование. Твоя нежная совесть может спать спокойно.
Я перевожу свой фасеточный взгляд на собственные блестящие руки. Маленькие кристаллы выпирают из каждой костяшки – острые и вместе с тем красивые.
– Я не уверена, что способна на такое.
– А ты и не способна. Потому ты и должна практиковаться. – Мэйлин отворачивается от меня и поднимает один из кристаллов, свисающих с ее тяжелого ожерелья. Из него исходит импульс, притяжение, очень похожее на то, что использовала я, пытаясь призвать сумеречных кошек. Однако это притяжение сильнее. И призывает оно не сумеречную кошку.
Мое внимание привлекает движение. На верхушке водопада появляется отвратительная фигура: длинная и низкая, ползущая на четырех ногах, ее ужасные, выпирающие под странными углами локти поднимаются выше изогнутой спины. Плоть складками свисает с ее скелетоподобного тела, а б
Мое сердце пускается вскачь, а кристаллическое покрытие тает, оставляя лишь мое дрожащее, уязвимое тело. Я делаю несколько шагов назад, раскрываю рот, чтобы предупредить Мэйлин, но слова умирают на моем языке. Теперь, когда кристаллы больше меня не защищают, я отчетливее ощущаю пульсацию, которую она посылает над водой, чувствую, как она соединяется с воггой.
Мои глаза округляются. Она его контролирует. Она приманивает его сюда.
– Что это? – выдыхаю я, глядя, как дьявол спускается по усеянному кристаллами утесу, силуэт его ужасного тела резко выделяется на фоне многоцветных огней. Он не колеблясь входит в воду, плывет прямо к нам. – Мэйлин, что вы делаете?
Старая ведьма, все еще высоко держа свой кристалл, бросает на меня раздраженный взгляд.
– Ну-ка отбрось свою пугливость, девочка. Зверь находится под моим полным контролем.
Но это-то меня и ужасает: видеть, как этого монстра контролируют, как его волю подавляют. Я была в голове у вогги. Они омерзительные и ужасающие, но это охотники-одиночки, предпочитающие обитать в глубинах Подземного Королевства, вдали от других живых существ. Пускай они выглядят демонически и вполне могут убивать с беспрецедентной жесткостью, но они вовсе не делают это забавы ради. Этот зверь находится вдали от своего дома. Если Мэйлин потеряет контроль…
– Отошлите его назад, – прошу я, мой голос кажется очень тонким. – Отошлите его, прошу. Это неправильно.
– Неправильно? – Мэйлин вновь поворачивается ко мне, и ее голубой кристалл мгновенно вспыхивает, сменяя цвет на яростный темно-фиолетовый. – У нас на носу конец света, дитя! Сейчас не время проявлять мягкосердечие к пещерным дьяволам.
Я гляжу на приближающегося монстра. Его ноздри-щелочки раздуваются, а несуразные конечности неловко плюхают по исходящей паром воде.
– И чего вы от меня ждете?
Мэйлин снова фыркает.
– Обрати его в камень, разумеется.
– Как?
– А вот этому научить невозможно. Это как учиться ходить – я могу поставить тебя на ноги и подтолкнуть. Но тебе самой придется найти внутри себя равновесие, чтобы ставить одну ногу перед другой. Никто тебя не научит. Никто не сделает это за тебя.
Дьявол добирается до берега и взгромождается на ближайшие скалы. Он покачивается из стороны в сторону, пока вода ручьями сбегает с его уродливого тела. Все его внимание приковано к Мэйлин, которая в это мгновение разглядывает меня.
– Давай, девочка, – говорит она. В моей душе появляется ниточка чувства. Не страха, не ужаса и не отвращения, принадлежащих мне, но яркая искра настойчивости. – Давай же. Попробуй.
Настойчивость нарастает. Она не моя, я в этом уверена. Или не полностью моя. Это дело рук Мэйлин. Она нашла мою слабость и прямо сейчас использует свои силы, чтобы сильнее надавить на нее. В голове возникают образы, картинки, которым я не хочу, да и не могу противостоять: Фор. На поле боя. Покрытый кровью. Изо всех сил сражающийся, несмотря ни на что. Фор, Фор, Фор.
