– Скажите, Ура, – Тротил взял картонку, – у вас всегда такие длинные ночи? Или у вас мимолетно короткие дни?
Ура довольно долго соображала, что же Тротил имел в виду, потом понимающе закивала.
– Вы не знакомы с особенностями климата нашей планеты, да?
Друзья вынуждены были признаться, что так оно и есть.
– У нас всегда одно и то же время года, называется оно «адирес», бывает теплее, бывает холоднее, но без существенной разницы. Год делится на восемь половин, каждая половина на четыре четверти, в каждой четверти тридцать часов, в каждом часе сто минут, тридцать часов условно делятся еще напополам – день и ночь. А вообще вам лучше купить местные часы, так будет проще.
– А солнце?
– Солнца у нас не бывает, нет, оно, конечно, где-то там наверху есть, иначе мы бы замерзли, но из-за постоянной сильной облачности его лучи к нам не доходят. Вы будете что-нибудь заказывать?
– Да, – Тротил почесал переносицу, – давайте вашу сегодняшнюю вкуснятину и что-нибудь попить безалкогольного.
– Безалкогольного мы не подаем, могу подать слабоалкогольное, хотя это еще то пойло.
– А какие-нибудь легкие коктейли у вас есть?
– Нет.
– Ладно, несите, что посчитаете нужным, лишь бы живыми потом остались.
Ура забрала картонки и понеслась выполнять заказ.
– Странно, – сказал Фарот, глядя ей вслед, – как же они живут без солнца?
– Как-то умудряются, – Тротил смотрел на одинокого музыканта, наигрывающего нечто протяжное на смешном пузатом инструменте.
– Интересно, а тут есть туалет? – изрек Преал.
– Должен быть, как же без него.
– А… не пойдет ли кто-нибудь со мной поискать это… заведение?
– Сам ты, конечно, не справишься с проблемой? – поднял на него взгляд Фарот.
– Понимаете, – засмущался Преал, – здесь такая публика… и туалет, наверное, очень страшный… Я опасаюсь идти в одиночестве.
– Я тебя провожу, – сказала Лета.
– Ага, еще чего не хватало! – засмеялся Фарот, вставая из-за стола. – Идем, деточка, покараулю, пока ты сделаешь пи-пи.
– Попрошу без комментариев!
Они удалились. Тротил перевел задумчивый взгляд своих глубинно-черных глаз на Лета.
– Что? – улыбнулась она.
– Туалет… ты хоть раз ходила в туалет?
– А что это такое?
Тротил с Угой переглянулись. Затем Тротил объяснил девушке в подробностях, что должен чувствовать человек, когда у него возникает желание посетить вышеупомянутое заведение. Лета внимательно его выслушала и сообщила, что такого желания у нее никогда не возникало, мало того, она даже вообразить не в силах столь ужасного процесса.
– Интересно, – Тротил снова почесал переносицу.
– А как такое может быть? – полюбопытствовал Уга. – Она же ела и пила еще на «Летателе».
– Напрашивается только один вывод: в ее организме пища и жидкость усваиваются целиком и полностью.
– А такое в принципе возможно?
– Сугубо теоретически.
Вернулись Преал с Фаротом.
– Ну, как, успешно?
– Вполне, – Фарот уселся на свое место. – Еды до сих пор нет?
– Вон, уже несёт, – кивнул Уга в сторону спешащей с громадным подносом Уры.
От пищи Лета отказалась наотрез, от питья тоже. Пока друзья поглощали «замечательную вкусноту», на сцену выползла еще парочка музыкантов, они принялись наигрывать бодренький мотивчик, кто-то из посетителей полез на сцену, желая поплясать от души.
– Надо все-таки сделать ей анализ крови, – Тротил положил на край тарелки тусклую двузубчатую вилку и глотнул из широкого стакана. – Возможно, это хоть как-то прояснит ситуацию. На «Летателе» есть необходимое для простейшего анализа оборудование.
– Кстати, заодно не мешало бы выбросить и криогенные камеры, – произнес Уга с набитым ртом, – пока они на борту, я не могу спать спокойно.
– Как ты себе это представляешь? – поинтересовался Фарот.
– Что именно?
– Процесс выбрасывания камер. Вытаскивать их по одной, нести через космодром мимо логова красноглазого психа? Я как его вспомню, так даже за кораблем боюсь возвращаться. Ну, хорошо, допустим, мы вытащим камеры за пределы космодрома, а дальше что?
– Свалить их в кучу и сжечь, – пожал плечами Уга.
– Это дорогостоящее криогенное оборудование, рассчитанное на экстремальные ситуации, оно не горит.
– Но оно хотя бы тонет? – Тротил отодвинул в сторону пустую тарелку.
– Должно, а ты собираешься сбросить камеры в водоем?
– Ну, куда-то же их нужно девать.
– Давайте продадим, если это оборудование такое дорогостоящее, – вмешался Уга. – Уверен, Кусон найдет покупателя в два счета. И он с долгами расплатится, и нам кое-что перепадет.
– Пожалуй, стоит это с Кусоном обсудить. Все поели? Тогда давайте расплатимся и вернемся в «пристанище», Кусон сказал, что, возможно, заедет к нам сегодня, вдруг появятся интересные новости.
И Кусон заехал. Как он сумел проскочить мимо женщины-глыбы, друзья спрашивать не стали, куда больше волновал вопрос рабочих мест.
