Спустя час после торжественного открытия клиники атмосфера заметно изменилась. Формальности и официальные речи остались позади, уступив место непринужденным беседам. Блогеры, вооруженные камерами и телефонами, активно снимают репортажи, делая акцент на каждом уголке клиники, от тренажерного зала до уютных кабинетов психологов. Хоккеисты, как всегда, выделились своей энергией и шумом: кто-то из них уже вовсю флиртует с молодыми медсестрами, вызывая у девушек смех и смущенные улыбки, а кто-то устраивает импровизированное соревнование по броскам пластиковыми крышками в мусорное ведро. Оливер пытается поддерживать порядок, но вскоре сам сдается и присоединяется к веселью.
– Дамы и господа! Минуточку внимания! – громкий голос раздается у входа, заставив всех обернуться. В дверях я узнаю Макса Стриженова, который сияет как рождественская ёлка.
– Что он тут делает? – удивленно спрашивает Лера, явно не ожидавшая увидеть своего брата в этот вечер.
– Я его пригласил, – поясняю я, – Но я не знал, что он любитель эффектных появлений.
– Ребята, заносите! – кричит мой новоиспеченный друг.
И тут в холл заваливается толпа, состоящая из игроков клуба «Торонто Мейпл Лифс», они толкают перед собой огромный торт в изысканных бело-молочных оттенках и реалистичным кремовым стетоскоп на верхушке.
– Еще двадцать два хоккеиста? – шепчет Сена, побледнев от неожиданности.
– Из Торонто? В одном помещении с хоккеистами из Монреаля? – добавляет Элли.
– Нас ждет большая кавказская свадьба с дракой, торт, если что, уже есть – язвит Лера, а затем бросает взгляд на нас с Сеной и добавляет – Жених с невестой тоже!
Наша компания не успевает оценить ироничную шутку Стриженовой, как Мэтт Купер перехватывает микрофон и обращает на себя всё внимание присутствующих в холле.
– Сначала речь, потом торт! – поясняет он и прочищает горло. – Итак, на правах нового капитана «Торонто Мейпл Лифс» я хочу сказать пару слов!
Его заявление заставляет всех замереть. Даже шумные хоккеисты притихли.
– От лица всей команды поздравляю, черт возьми, лучшего спортивного врача Канады с этим знаменательным днем! Курт, можешь быть уверен: мы станем постоянными клиентами твоего спортивного зала на всех выездных играх, пациентами мы, конечно, не спешим становиться…
– Что значит "нового капитана"? – тихо, но настойчиво задает вопрос Элли Картеру.
Адамс тяжело вздыхает и бросает на Мэтта укоризненный взгляд.
– Вот трепло… совсем язык за зубами держать не умеет, – бормочет он себе под нос, но тут же встречается с пытливым взглядом Элли. – Я решил завершить карьеру. В новом сезоне капитаном будет Купер. Прости, что ты узнаешь об этом так… я хотел сказать тебе лично, но пришлось сначала обсудить всё с командой.
– Ты что? Ты бросаешь хоккей? – потрясенно спрашивает Золотова, не веря своим ушам.
– Профессиональный! Я по-прежнему люблю игру, но теперь хочу больше времени проводить с семьей. – Картер пожимает плечами с такой легкостью, словно это решение далось ему без малейших сомнений. – Я хочу видеть, как растет мой ребенок, и быть рядом с его мамой.
Эти слова повисают в воздухе, заставляя всю нашу компанию погрузиться в этот трогательный момент. Однако его быстро прерывает громогласный возглас Мэтта, закончившего свою речь:
– Курт Максвелл, поздравляем тебя! Ура!
Голос Купера и остальных ребят разносится по залу, хоккеисты Монреаля и Торонто смешиваются в одну толпу, будто буйволы в диких джунглях, они подхватывают меня и начинают подкидывать в воздух.
Это момент чистой энергии и искренней радости: все вместе чествуют меня так, будто я герой дня для каждого из них лично. После того как парни наконец-то возвращают меня на землю, я каждому из них жму руку с чувством благодарности, которую невозможно выразить словами. Моё сердце переполняется эмоциями, а разум всё ещё пытается осознать: чем я заслужил столько поддержки?
– Ты собрал на открытии два культовых клуба, и хоккеисты не просто пришли сюда отработать лицом по указке своих агентов, а устроили настоящее шоу. Парень, нас теперь инвесторы просто на руках носить будут, – довольно прыскает Оливер, сияя, как кот, съевший сметану.
– Если, конечно, эти слоны на кураже не разнесут нашу клинику до вечера, – усмехаюсь в ответ, переводя взгляд на ребят.
Среди них есть те, с кем я делил лед в прошлом, кто-то из них был моим пациентом в составе других команд. Конечно, немало и тех, кого я знаю лишь понаслышке. Но их поддержка греет не меньше.
– Ну что, Доктор Максвелл, каково это – быть в центре внимания? – игриво спрашивает Сена, подходя ближе.
– Слишком много внимания для одного человека. Я на такое не рассчитывал, – признаюсь честно, чуть пожимая плечами.
– Привыкай! Теперь ты – лицо бизнеса. Придется ходить на пресс-конференции, читать лекции, давать интервью, сниматься в рекламе…
– Боже мой, остановись! Тебя что, Элли покусала? Или ты заразилась, пока изображала ее последние два часа?
– Нет! – смеется она. – Просто я наконец-то решила, кем хочу стать!
