И только железное копьё Тинахана не смогло соответствовать его боевому духу и подвело его в самый неожиданный момент. Когда Тинахан в очередной раз пронзил ногу туокшини, он, конечно же, знал, что у противника может быть больше трёх конечностей. Но он и представить себе не мог, что одна нога может состоять из множества других мелких костей. Догадался он об этом только в тот момент, когда лезвие копья уже предательски застряло в ноге существа. Тинахан взревел и рванул копьё на себя, тем самым случайно разорвав конечность на сотни мелких кусочков. Из-за аномального строения тел суставы и кости у этих тварей были очень хрупкими.
– Скучные розы в ноздрях! – раздался нечеловеческий визг.
Отбросив в сторону сопротивляющегося туокшини, Тинахану пришлось ненадолго замедлить свой бег, чтобы снять с копья остатки разлетевшихся костей. Пихён, который усердно старался не отставать, чуть было не врезался Тинахану в спину, но сумел вовремя остановиться. Стоя почти вплотную к лекону, он с трудом отдышался и прокричал:
– Я потушу огонь! Вы не против?
Они использовали огонь токкэби, чтобы подсветить свои тела. Для обеспечения видимости в тёмном лабиринте Пихён распространил на своих спутников особый огонь, у которого была низкая температура. Но, к сожалению, свет огня не только обеспечивал им необходимую видимость, но и привлекал к отряду новых туокшини. Глядя на то, как образуется очередная волна тварей, Тинахан быстро проговорил:
– Ладно, чёрт с тобой! Туши уже быстрее!
Свет исчез. Вспоминая застывшие на сетчатке глаз образы надвигающихся туокшини, Тинахан почувствовал, как из-за напряжения твердеет гребень на его голове. Тот факт, что он не мог видеть приближающихся врагов, заставлял даже столь опытного воина чувствовать себя не в своей тарелке. Лекон до ломоты в пальцах сдавил древко копья.
Но Пихён и на этот раз не дал повода разочароваться в себе.
В противоположном конце прохода неожиданно появились огненные фигуры, очень напоминавшие лекона, токкэби, нага и даже жука. Пихён легко махнул рукой, и его творения ловко побежали в противоположную от спутников сторону. Туокшини тут же издали протяжный вой и бросились в погоню за огненными клонами.
Когда свет исчез и наступила долгожданная тишина, Тинахан прислонился к стене и тяжело вздохнул.
– Сколько часов мы уже бродим? – раздался усталый голос токкэби.
– Говори тише. У одной из этих тварей было четыре уха.
– Да, я тоже его видел. – Теперь была очередь Пихёна тяжело вздыхать. – Но зато все они побежали направо. Значит, теперь мы сможем выбрать другое направление?
Тинахан издал непроизвольный смешок, а затем попытался на ощупь найти своё копьё. С ног туокшини, нанизанных на остриё копья, стекала отвратительная жидкость. Тинахан снял ноги с копья и брезгливо вытер руку об стену.
– Чёрт, мне кажется, что мы просто нарезаем круги в этом прогнившем лабиринте.
– Из-за туокшини расположение проходов постоянно меняется. Но, во всяком случае, теперь мы точно удостоверились в одном, не так ли?
– Ты о чём?
– Что Кейгона здесь нет! А те, кого мы видели, – туокшини, получается?
Тинахан издал протяжный стон в ответ на столь бессмысленный вопрос. Пихён оглянулся на Рюна. Он не мог видеть лицо нага, но подумал, что раз Рюн видел его в темноте, то вполне резонно было повернуться к собеседнику лицом.
– Вы в порядке?
Только смотрел он, естественно, абсолютно в другую сторону.
– Всё в порядке, – ответил Рюн у него за спиной, крепко сжимая сайко.
Лозы, которыми было обернуто копьё Тинахана, небрежно свисали вниз, словно рваные тряпки.
– Эй, Рюн, – Тинахан резким движением сорвал их с копья. – Атмосфера здесь немного отличается от тех мест, где я жил. Не знаешь, какого чёрта тут так много туокшини?
– Я покинул дом, в котором провёл всю свою жизнь, всего месяц назад. Не важно, насколько Киборэн является моим домом, я всё равно не могу знать обо всём, что творится в его пределах.
Тинахан пробурчал что-то себе под нос. Ситуация его раздражала. Без света было невозможно найти путь в этом огромном лабиринте, а с ним их сразу же обнаружат туокшини.
– А если я умру, мы сможем отсюда выбраться? – Пихён решил, что остался лишь один выход из сложившейся ситуации.
– Что?! – одновременно воскликнули Рюн и Тинахан.
– Если я умру, я смогу пройти сквозь стены, а эти туокшини не смогут даже дотронуться до меня. Разве так не будет проще найти выход?
Ошарашенный, Тинахан едва вспомнил о том, что дух и плоть токкэби погибают отдельно друг от друга.
– Чёрт возьми, Пихён, опять ты со своими бессмысленными затеями, ну что ты будешь делать, – начал ворчать Тинахан.
– Но ведь другого пути нет? – наивно проговорил Пихён.
– Этого ещё никто не знает! Может, мы вообще случайно найдём выход! Да и потом, даже если мы последуем твоему плану и выберемся из этой пирамиды, то сразу после этого тебе придётся отправиться в Замок Тысячи Миров. А я уверен, что монахи Великого Храма предпочитают видеть в нашем отряде представителей всех трёх рас.
– У нас есть три расы. Не забывай про Рюна.
