— Только через смерть можно покончить этим. Когда мы с тобой встретились впервые и ты поведала о своих страданиях, я был другим. Я решил, что именно смерть тебя освободит. Вернее, твоя смерть в обмен на мои силы. Наверняка Камелия тебе поведала, как стать стихийником: нужна жертва, добровольная, которая связана с потоками. Я подумал, что ты идеально подойдёшь, ведь, захоти я тобой воспользоваться, ты бы непременно отдала свою жизнь в обмен на снятие моих печатей. Хотя вижу, что и сейчас ты не против совершить это. Но, Кэти, после того как всё изменилось, — он тронул рукав, под которым покоилась божественная вязь их единения, — я не позволю тебе жертвовать собой и делать глупости. Если что-то пойдёт не так или тебе станет угрожать опасность, пообещай, — он тихонько встряхнул её за плечи, — что уйдёшь незамедлительно.
— Нет! Только с тобой и только…
— Кэти! — низко зарычал мужчина, и его тело напряглось.
— Ты думаешь, я не знала? Считаешь меня наивной дурочкой? Да, возможно, я наивна, но я никогда не питала иллюзий. Я видела твоё прошлое и знала, какой ты человек. И да, где-то глубоко внутри я понимала, что твоё обещание — обман. Но ты подарил мне целый мир и незабываемое приключение под названием жизнь. И не важно, что оно такое короткое: для меня это было лучшее, что со мной случалось. И если нам суждено погибнуть вместе, пусть так и будет, но я никогда, слышишь, никогда тебя не брошу! — Ивонет порывисто обняла мужчину за шею и прижалась к оголённой груди, слушая, как зачастило мощное сердце и как по венам растекается тепло.
— Глупышка… Тогда я постараюсь выжить!
Он оставил поцелуй на её виске и, не отрывая взгляд тёмных глаз, в которых вмещался весь её мир, отступил назад. Когда оказался в кругу из камней, достал из кармана небольшой овальный анимус цвета оникса и бросил на землю. Быстро прошептал сакральные слова, и между ним и принцессой по всему кругу, от валуна до валуна, выросла стена из терновника. Чёрные, покрытые шипами лозы выросли из земли и, стремительно переплетаясь, создали живой барьер.
— Янар… — Тиски страха схватили Ивонет за горло. — Что ты делаешь?!
Но он словно перестал её слышать и замечать. Сделал пару глубоких вдохов, потом, стиснув зубы, вырезал на своих руках и груди тот же символ, руну огня Феху, что была вычерчена порошком под его ногами. А после, кинув прощальный взгляд на Ивонет и тихо прошептав, что любит её, взял одну из свеч и бросил себе под ноги.
Фиолетовое пламя мгновенно вырвалось из зажигательной смеси и, усиленное заклинанием, которое шептали губы Янара, взмыло до небес, словно жадное и голодное чудовище, поглощая мужчину заживо…
Крик ужаса и отчаяния взвился ввысь вместе с ярым, дышащим жаром пламенем.
В первое мгновение Ивонет не верила в то, что произошло. Её парализовало так, что нельзя было даже вздохнуть, словно грудь сковали плотные цепи. Но, понимая, что времени нет и каждая секунда промедления губительна, она бросилась к терновым кустам. С остервенением, царапая руки в кровь, она пыталась расчистить себе вход. Вход к Янару. Остро понимая, что он погибнет, что никакая мёртвая птица не заменит жертвы и его просто-напросто сожжёт дотла. Подтверждая её страшные догадки, к гудящему пламени примешался отчаянный крик боли Янара. Низкий, гортанный, яростный, от которого кровь в жилах превратилась в лёд и начала резать сердце острыми гранями.
— Янар! — Крови столько, что уже заляпаны штаны и туника, но Ивонет разрывала стебли и ломала ветки, не чувствуя ничего, кроме желания спасти любимого. Она уже выдрала с корнем одну из лоз и расчистила небольшой лаз, чтобы кинуться в объятия пламени и обменять свою жизнь на его. Но, когда нога уже коснулась земли с той стороны и обжигающее пламя лизнуло кожу, сильные руки резко дёрнули её назад и голос из кошмаров прошептал на ухо:
— Ну здравствуй, моя дорогая жёнушка!
— Минфрид?! Нет, невозможно! — прошептали её губы, и это единственное, что заставило оторвать взгляд от необъятного пламени, всё ещё пожирающего тело и дух Янара. Альха, что вот-вот погибнет, если она ему не поможет.
— Отпусти, слышишь?! Отпусти меня! — Ивонет рванулась, кусаясь и царапаясь, но его руки держали, как железные тиски.
— Что, ты совсем не рада видеть меня? — голосом, полной лживой скорби, проговорил Минфрид и, болезненно сжимая предплечья, развернул её к себе. Хотел поцеловать, но она с яростью укусила его за нижнюю губу. Минфрид зарычал и ударил её по лицу. Голова девушки дернулась, зубы клацнули, и она упала на землю. Слёзы боли, отчаяния и злости заполнили глаза и крупными каплями потекли по бледным щекам. Только сейчас она заметила, что Минфрид, одетый в белоснежный костюм, обвешан с ног до головы анимусами, а за его спиной — целое войско троготов.
Но это сейчас не важно. Единственное, что имеет значение, — мужчина за её спиной, чьи крики затихают. Она попыталась отползти к лазу под терновыми лозами, но Минфрид поставил ногу ей на спину и надавил, заставляя распластаться на земле.
