Ивонет не разделяла веселого настроя стихийника, уже готовясь принять смерть от лошадиных копыт или сверкающей стали. Ведь вряд ли кого-то остановят два незадачливых путника, что в разгар битвы появились в центре поля. Но не тут-то было. Янар поцеловал Ивонет в макушку, отступил на пару шагов, а в следующее мгновение призвал свою стихию. Огонь взметнулся до небес, а после, направляемый волей мужчины, прочертил барьер на поле боя, вырастив стену выше человеческого роста.
Лима в мгновение ощетинилась и обратилась в чёрного монстра.
Это всё было так эффектно и мощно, что солдаты с обеих сторон в ужасе замерли, лошади дико заржали и встали на дыбы, скидывая всадников на землю и создавая панику и хаос. А после опять наступила тишина. Только слышался гул от стены огня, что не собирался утихать.
Нервное напряжение отпустило. Ивонет перевела взгляд на Янара, который напоминал факел. Мягко улыбнулась, глядя в тёмные глаза, на дне которых плясали красные искры, и на её щеках расцвел нежный румянец.
— Ты опять остался без штанов. Если не перестанешь их сжигать каждый раз, как вспыхиваешь, мы разоримся.
— Я думал, тебе нравится смотреть на мой загорелый зад.
— Не льсти себе, он вовсе не загорелый. — Девушка быстро достала из сумки ещё одну пару штанов, предусмотрительно купленную ещё на большой земле, и кинула ему, а сама повернулась к войску, на стороне которого они оказались. Лицо её вытянулось в изумлении, брови поползли вверх. В небе над солдатами короля Олдрика парил альв на прекрасных белоснежных крыльях.
— Янар, ты тоже это видишь?!
— Так же ясно, как и ты.
— Но это невозможно! — она рассматривала юношу, что с надменным и холодным лицом изучал их в ответ. И приветливо помахала, чувствуя неловкость от того, что видит чудо.
Юноша скривился и плавно опустился рядом с королём, сидящем на гнедом жеребце. Скрестил на груди руки и обратился к мощной фигуре с белыми волосами, восседающей на чёрном жеребце по другую сторону от короля. Мужчина, чьи эмоции нельзя было угадать, что-то скомандовал солдатам, и те стали возвращаться в строй, а сам недолго думая поднял коня в галоп.
Когда до Ивонет и Янара оставалось не больше десяти шагов, он на ходу изящно спрыгнул с жеребца и, не замедляясь, направился к стихийнику. Но подойти вплотную ему не дала Лима, встала на его пути зубастым комком гнева и ярости. Однако беловолосого незнакомца это не испугало. Даже, кажется, позабавило: он изящно махнул рукой и резким порывом ветра просто сдул с Лимы всполохи огня.
— Вот, значит, как стихийник огня встречает собственного брата, которого не видел столетие! Натравливает на него своего фамильяра!
— Райнхард? — сухим, надтреснутым голосом обронил стихийник и глазами, полными неверия, посмотрел на ухмыляющееся лицо, словно перед ним явились призраки прошлого.
— Спасибо, что не забыл, как меня зовут. Ну что, уберёшь свою зверюгу, или мне её с дороги сдуть?
Янар незамедлительно щёлкнул пальцами, и Лима стремительно обернулась лаской. Недовольно запищала, став маленькой и юркой. Тут же возле головы Райнхарда проявилась сущность в виде лиса с длинными несуразными ушами и устремилась к белому зверьку:
— О, какая милашка! Райнхард, можно она будет моим другом? А то твое общество в последнее время так утомительно.
— Райнхард… — снова, как мантру, повторил Янар, делая шаг навстречу.
— Я вижу, ты в своём репертуаре: жжёшь всё напалмом.
— Брат, — Янар схватил беловолосого мужчину в крепкие объятия. Прошло несколько долгих секунд, за которые люди короля Олдрика успели немного расслабиться.
— Я думал, ты давно мёртв. Даже когда слухи говорили, что стихийник ветра разрушил остров Ведающих, я не до конца верил. Боялся верить.
— Значит, Айлех не соврал, когда сказал, что встречал альха огня в катакомбах под храмом.
— Айлех? — Янар наморщил лоб.
— Мой сын.
— У тебя есть сын?!
Райнхард расплылся в самодовольной улыбке и перевёл любопытствующий взгляд на Ивонет. Янар притянул её за руку к себе.
— Знакомься, это Ивонет Кэтрин Алендорф, принцесса Таврии, правительница Далирии… и моя судьба.
Ивонет не знала, от чего больше округлились глаза Райнхарда, но это было так потешно, что она улыбнулась.
— Бездна, а ты, Янар, как всегда, полон сюрпризов! — Райнхард хлопнул брата по плечу, на котором ярким золотом горела связующая печать богов. — Готов слушать твои истории часами, но сейчас, видишь, — он кивнул в сторону таврийского войска, — нужно это утрясти.
— Хочешь устроить бойню?
— А почему нет? — пожимая плечами, улыбнулся мужчина. — Это будет весело. Тем более что таврийцы непримиримы, они под влиянием Минфрида и вряд ли отступят.
— Минфрид мёртв, — холодно бросила Ивонет и, встав между мужчинами, обернулась к Янару: — Прошу, открой проход, я поговорю с отцом.
— Уверена?
— Да. И не ходи со мной.
— Как скажешь, — Янар взмахнул рукой, и в стене огня образовалась дыра, достаточная, чтобы не обжечься. Ивонет прошла, и Лима изящно скользнула следом.
