— Ого, и ты вот так отпустишь это нежное создание? — Райнхард прищурился. — А ну, говори, демон, что ты сделал с моим братом! — он засмеялся. — Помнится, в прежние времена ты был более категоричен, ничему не позволял случиться без твоего ведома. «Контроль и дисциплина» — так, кажется, ты любил повторять?
— Времена изменились. У меня было достаточно времени, чтобы обо всём подумать. Но одно я знаю точно: если бы не Кэти, я бы никогда не обрёл свободу и душевный покой.
— Свободу от темницы?
— Свободу от предрассудков, комплексов и страхов. И, хоть мне ещё и предстоит многому научиться, я рад, что боги подарили мне её.
Ивонет прошла сквозь огненную стену и решительно направилась в сторону отца и матери, что выехали вперед на своих белых жеребцах и внимательно следили за незваной гостьей. Но, как только в хрупкой фигурке с россыпью черных волос они узнали дочь, немедленно приказали воинам отпустить луки и мечи. И если король спешился и вышел вперед на пару шагов, то леди Сельга, спрыгнув со своего скакуна, невзирая на манеры, грязь и тысячи любопытствующих глаз, побежала к девушке. Протянула руки и приняла Ивонет в крепкие объятия. Горячие слёзы побежали по её лицу.
— Ивонет! Моя девочка! — Хаотичные поцелуи, и вновь объятия, и голос, полный раскаяния. — Прости меня. Я не знала, я думала, что так будет лучше для тебя, что ты будешь под защитой. Мне всю жизнь приходилось прятать свой дар за маской циничности, чопорности и брезгливости. И я не хотела того же для тебя, я думала, что раз Минфрид не чурается пользоваться чарами и сам охотно использует анимусы, он тебя поймёт и примет. Я правда не знала, какое он чудовище. Прости, прости меня, милая! — Женщина отошла на шаг и упала на колени, пряча заплаканное лицо в ладонях.
— Так у тебя тоже есть дар?
— Он передаётся по женской линии. И, если верить дневникам наших предков, от рода самих Изначальных.
— Значит, я никакой не урод, — Ивонет горько усмехнулась. — Жаль, что ты не открыла правду раньше. Хотя… это уже не важно, я всё равно не оправдала твоих надежд. Я убийца, на моих руках кровь. Да, я знаю, что была не в себе и это могло бы меня оправдать, но моя душа всё равно запачкана, как и эта одежда. — Она указала на пятна крови на штанах и тунике, на запекшуюся кровь на исцарапанных руках.
Глаза леди Сельги округлились, и она часто-часто замотала головой:
— Нет, это неправда!
— Правда. Ты не видела, что я сделала. Это ужасно.
Королева Таврии взяла руки дочери в свои ладони, обтянутые тонкими кожаными перчатками:
— Тьянка нам всё рассказала.
— Тьянка? Они с Тельманом вернулись? Как они? — Ивонет выглянула из-за плеча матери, пытаясь найти в ряду солдат славного командира и своего друга. Нашла — он стоял рядом с королём. Было видно, что Тельман тоже порывается рвануть с места и обнять её, но мужчина терпеливо ждал своего часа.
— Да, с ними всё хорошо. Они целы и невредимы, но твоя служанка, не находившая себе места от мук совести, всё нам рассказала. Вернее, Тельману, а он — нам.
Ивонет нахмурилась, ожидая продолжения.
— Это не ты убила тех лордов, а она. По её словам, она подсыпала сонного порошка в бутылки с вином, а после убила их. В первый же день вашего приезда они над ней надругались, но от чар, что наложил на неё Минфрид, она не могла об этом рассказать. А потом, когда узнала, что хотят сделать с тобой, она не выдержала. Конечно, страх не позволил ей во всём признаться после побега, и за это я её корю. Но она всегда была верной и любила тебя.
Королева смахнула новую порцию слёз.
— Я очень переживала за тебя. Наши люди тебя искали. Я боялась… — женщина громко всхлипнула. — Боялась, что ты мертва. Альхард, спасибо, что вернул нам дочь!
— Альхард тут ни при чём, — Ивонет обернулась, и на её губах появилась улыбка. К ним, размашисто шагая, приближался Янар. Оголенный до пояса, босой, с кожей, покрытой шрамами, с тёмными словно ночь волосами и яркой, выделяющейся на плече золотой вязью, он напоминал божество. Словно земля под его ногами — это его царство, и он тут хозяин. В рядах воинов вспыхнула паника, они тут же оголили мечи, но Ивонет подбежала к мужчине, сплела их пальцы вместе и подвела его к матери.
Леди Сельга тут же выпрямилась. Слёз как не бывало: минута слабости прошла, и она вновь стала той, кого все боялись.
— Леди Сельга, хочу вам представить моего…
— Мужа, — подсказал Янар, склоняя голову в приветствии. — Простите, что вот так, без предупреждения и в неподобающем виде, но мы очень спешили.
— Мужа?! — Кажется, королева Таврии потеряла дар речи.
— Нас обвенчали боги, но от людских ритуалов мы тоже не отказываемся. Предлагаю пройти к королю для знакомства и обговорить детали будущего торжества. Вы же не против?
