Ивонет закричала, попыталась вырваться и в последний миг, перед тем как портал захлопнулся, увидела на той стороне Тельмана, Тьянку и Хаоль, несущих на руках младенцев и не успевших всего на мгновение…
— Нет! Нет! Нет…
Вой раненого зверя, полный отчаяния, боли ярости. Ивонет не могла и не желала верить в происходящее. Буквально секунда обрекла её друзей на погибель. Она упала от бессилия на колени, спрятала лицо в ладони и горько заплакала.
— Ивонет, — Янар легонько сжал её плечо, — прости, я сделал всё, что мог. Если тебя это утешит, то знай: Хаоль сможет открыть ещё один портал.
Ивонет обернулась и подняла заплаканные глаза на мужчину:
— Они смогут убежать?
— Да.
— И найти нас?
Рука мужчины опала. Лицо стало жёстче, губы сжались, превратившись в тонкую линию. Помедлив, он всё-таки ответил:
— Здесь всё немного сложнее…
Ивонет поднялась, размазывая по щекам слёзы.
— Что сложного? Тельман знает, что мы направимся в Таврию, мы говорили об этом.
— Я просто не уверен, что это именно Таврия. Чувствую по погоде, что мы на континенте. Но где именно — сказать сложно.
— Что? Это может быть не Таврия?! — болезненно выдохнула Ивонет, не понимая, что её переполняет больше: обида или гнев.
— Прости, принцесса, но с крохами колдовской силы в сломленном теле творить магию сложно. Меня хватило только на то, чтобы напитать камень. А чтобы задать точное направление, нужно больше энергии. Только после того, как моя искра вернётся, я смогу управлять потоками как мне будет угодно, а пока только так, — мужчина с сожалением развёл руки в стороны.
Ивонет не верила своим ушам. Да, она понимала, о чём говорит Янар, но мириться с его правдой не желала. Она так устала от горя, обид и переживаний, что не выдержала и стукнула мужчину в грудь.
— Ты вновь меня обманул! — Ещё один удар. — Ты вновь предал моё доверие! — Слёзы начали печь глаза. — Ты лгун, каких только поискать! Обманщик! Ненавижу! — Она хотела ещё раз как можно больнее ударить бесчувственного истукана, но мужчина перехватил её руки, притянул к себе и сжал трясущееся тело в объятиях. Замер, терпеливо ожидая, когда гнев сменят опустошение и разбитость.
— Ненавижу… ненавижу тебя…
— Тсс… Всё будет хорошо.
— Не будет!
— Они выберутся, вот увидишь.
— Неправда!
— Вы ещё встретитесь и посмеётесь над всем этим.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Ивонет притихла и тоже замерла. Уткнулась носом в чужое плечо и прикрыла глаза, ощущая запах хвои, пыли от полушубка и тонкий аромат дыма от чужой кожи, как от печного огня. Уютного, мирного, приветливого.
Она нырнула руками под мужской полушубок и обняла Янара в ответ, отмечая уголком сознания, что ей непривычно слышать мерный, но мощный стук чужого сердца. Ощущать щекочущее дыхание над головой. И чувствовать себя в безопасности в кольце сильных рук, что держат крепко и в то же время бережно.
А что самое невероятное и волнительное, это ощущать чужую всеобъемлющую энергию, окутывающую как кокон, в котором не только тепло и уютно, но и спокойно. Настолько, что не хочется её лишаться. Ивонет сама не поняла, в какой момент её руки обвили сильнее, а тело прильнуло плотнее.
— Спасибо…
Она поймала себя на мысли, что могла бы стоять так вечно. Но мужчина вдруг напрягся, резко разомкнул объятия и поспешно шагнул назад. И, несмотря на жару, плотнее закутался в полушубок, став похожим на сыча, хмурого и недовольного. Через мгновение он поменялся в лице и прислушался.
— Слышишь? — осипшим и каким-то больным голосом отчуждённо поинтересовался он.
— Что? — растерянно спросила Ивонет, ощущая неловкость и пустоту. И радуясь, что мужчина слеп и не видит её лицо.
— Что-то не так.
И в этот момент неподалеку раздались детские крики.
Ивонет сорвалась с места и поспешила на поляну, где оставались ферры.
Все до единого они катались по земле, а их тела скручивали спазмы. Крутило так, что невозможно было дышать. Дети плакали, кричали и выли, взрывая землю когтями.
— Лима, что здесь произошло?!
Ивонет увидела в стороне женщин и поспешила к ним, но и они выглядели не лучше: метались по поляне, словно в бреду, и хватались за лица, сдирая куски кожи вместе с шерстью, как обезумевшие.
Ивонет похолодела от ужаса. Она нашла взглядом Ирвина и кинулась к нему, подхватила мальчишку на руки. Его кожа с шерстью, как и у всех, стала опадать кусками, а лицевые кости под кожей начали изменяться, словно там орудовали огромные жуки-короеды, причиняя невообразимую боль. Ирвин ещё раз болезненно взвыл и упал без чувств.
— Янар! Что происходит?! Это мор, отрава, болезнь?
— Ничего страшного.
— Ничего страшного?! Но они умирают!
— От перевоплощения ещё никто не умирал.
— Перевоплощения?!
