Неожиданно коралловый цвет, появляющийся на стенах оврага, становится ярче. Сердце испуганно сжимается. Я вскакиваю со своего места. Благо лодыжка выдерживает мой вес, но каждое движение дается с напряжением и болью.
— Что случилось? — Лили приподнимается со своего места.
— Свечение стало ярче, — замолкаю на секунду, натягивая на уши шапку, — Кто-то вошел в лес.
Лилит поднимается следом за мной, волоча за собой одеяло, как мантию.
— Медведь? — шепчет она.
— Может быть.
Она ничего не говорит. Стоит на месте, закутанная в одеяло, как испуганный ребенок.
— Оставайся здесь.
— Нет, — трясет головой, — Я с тобой.
— Я просто хочу убедиться, что опасности нет и сразу вернусь.
— В прошлый раз ты говорил мне тоже самое и помнишь чем это закончилось? — Лилит выразительно показывает на разорванный рукав моей куртки, — Не время для споров.
— Не верю, что это говоришь ты, — помимо воли улыбаюсь, — Тогда одеяло можешь оставить здесь, — Лили раздраженно сводит вместе светлые брови, и опускает глаза на свои побелевшие пальцы, вцепившиеся в его края.
— Да, — смущенно мямлит она, — Конечно.
Мы подползаем к краю оврага и осторожно выглядываем наружу. Неестественную тишину нарушает только наше дыхание. Всё вокруг светится предупреждающим красным цветом, и клубящийся сизый туман только усиливает тревогу.
Я быстро обвожу взглядом чахлые кустарники, сплетенные вмести ветви деревьев и замечаю застывшую без движения тощую мужскую фигуру с черепом оленя вместо лица. Большие ветвистые рога отражают коралловый цвет. Он стоит в нескольких метрах от нас и рассматривает наши следы. На его плече сидит черный ворон, глаза бусинки злобно поблескивают.
— Погонщик, — выдыхает Лилит.
Я собираюсь подняться, и спросить, как он сюда попал, но она хватает меня за плечо, вынуждая лечь обратно. Я недовольно гляжу на ее руку, удерживающую меня на месте.
— Говори тише, — пальцы сжимаются сильнее, — Ты ничего не знаешь о нашем мире и понятия не имеешь, кто это.
— Так расскажи.
Лилит поворачивается ко мне.
Я смотрю ей в глаза и они темнеют. Зрачки расширяются и мне становится не по себе от ее тяжелого взгляда, словно она пытается проникнуть в мои мысли.
— Они лучшие следопыты, которых ты когда-нибудь знал и превосходные охотники.
— Это объясняет череп на его голове, — бурчу я, но всё мое тело превращается в натянутую струну, — И арбалет за спиной.
— Чем больше рога, тем опытнее Погонщик, — Лилит осматривается, — Визитная карточка, если можно так сказать об убийцах, — она еще сильнее понижает голос, — Смотри, можно выбраться с другой стороны, — показывает на просвет между деревьями, и мы бесшумно сползаем вниз.
Лилит
Сухая земля забивается в нос и глаза, но я не обращаю на это внимание, и продолжаю ползти вперед. Стены набольшего коридора то ли из древесины, то ли из земли, я не могу разобрать из-за желание как можно быстрее убраться с этого места.
Погонщик не остановится, пока не обыщет здесь каждый уголок. Каждый кустик. Единственный выход, напасть первыми и остановить его.
Коридор внезапно заканчивается и мы оказываемся в самой гуще Кораллового леса.
Отлично. Просто отлично. Всё становится только хуже.
Я поднимаюсь на ноги и озираюсь по сторонам. Пытаюсь определить, куда нам теперь идти. Огромные стволы столетних дубов опутывает тот же странный мох, напоминающий сверкающие на свету кристаллы. Через кроны буро-красных деревьев пытается пробиться рассвет и красноватые отблески сырого тумана клубятся в воздухе, вызывая безотчетный страх.
— Дорога! — вдруг радостно восклицает Макс и я оборачиваюсь к нему, — Посмотри, Лили, — он присаживается на корточки и разгребает ладонью влажную землю, в моих ушах всё еще звучит мое короткое имя, — Дорожное полотно, — я подхожу ближе, все его лицо испачкано грязью, на длинных волосах оседает пыль и руки полностью в грязи.
— Как это нам поможет? — вздыхаю я, — Может быть, здесь когда-то и жили люди, но они давно умерли, — саркастически подмечаю я, разглядывая глубокие канавы, забитые розоватыми листьями.
— Очень смешно, — усмехается Макс одним уголком рта, — Может быть нам удастся найти какое-нибудь укрытие, если осталось хоть что-то, можно…
— Ты не понимаешь, — раздраженно обрываю его, всплеснув руками, — Кто бы не отправил сюда Погонщика, он хочет удостовериться, что ты действительно не воскреснешь.
Наверное, мои мысли отражаются на моем лице, потому что Макс мгновенно выпрямляется и блеск в его глазах бесследно исчезает.
— Раз так, — медленно отвечает он, и стряхивает с ладоней грязь, — Значит у тебя появился шанс уйти отсюда. Я сделаю вид, что тебя не было на «Икарусе».
На мгновение, я мешкаю. Не стану же я нести ответственность за жизнь аристократа. Мне нужно выбраться отсюда и найти Самару. Я больше не искатель и не связана никаким кодексом чести.
Я могу уйти.
— Я должна выступить на суде, — вполголоса напоминаю я, и Макс поднимает голову, когда я прохожу мимо него.
