— Может сработать, — отвечаю я, глядя на него, — Выбора у нас всё равно нет, — на лице у него отражается тот же страх, что чувствую я.
Хруст ветки, раздавшийся совсем рядом заставляет нас рвануть с места. Макс привычным жестом берет меня за руку и тащит за собой. Его нервная энергия передается мне прямо в ступни. Я ускоряю бег, ощущая вибрацию в суставах, когда подошвы моих ботинок отскакивают от земли.
Перед глазами мелькают теряющие фокус деревья. Я тяжело дышу, легкие горят от нехватки кислорода. За спиной гремят чьи-то быстрые шаги, вынуждая нас бежать ещё быстрее. Меня заливает ледяная волна страха и в живот врывается тошнотворный вкус паники, но я не сбавляю скорость.
Деревья неожиданно расступаются и мы вылетаем на полуразрушенный мост.
— Твою мать, — Макс резко тормозит и тянет меня назад, подошвы его ботинок скользят, но ему удается остановиться и удержать меня на месте. Мелкие камешки летят в зияющую дыру и я смотрю, как они пропадают в глубокой пропасти.
Меня прошибает холодный пот.
Это тупик.
Я быстро оглядываюсь. Погонщик где-то там. Среди деревьев. Скрывается в тени. Идёт по нашему следу.
Я опять смотрю на мост, подсвеченный полуденным солнцем.
Огромные выступающие из горы каменные ладони поддерживают его в воздухе. Гигантские пальцы заросли травой и кое-где рассыпались, напоминая сброшенную кожу змеи. Деревянные доски почти полностью сгнили и превратились в трухлявую древесину. Некоторые из них проломлены и устрашающие дыры покрывают их, как соты.
Меня передергивает и Макс ободряюще сжимает мои пальцы.
— Не страшнее, чем спускаться с горы, — ободряюще говорит Макс, и отпускает меня, — Не смотри вниз, — он первый ступает на шаткий мост и осторожно идет вперед.
Я чувствую, как моя хваленая выдержка сдувается, как воздушный шарик и противная струйка пота стекает по спине.
Сглотнув, я следую за ним. Молюсь, чтобы мост выдержал и стараюсь идти ближе к краю, где доски кажутся более крепкими. Они прогибаются под моим весом, но по крайней мере, не ломаются.
— Думаю, мы оторвались от хвоста и выиграли время, — Макс стирает со лба пот.
— Не надейся, — невесело фыркаю я, — Раз он не спешит за нами, значит, у него есть какой-то план.
— Какой?
Я сканирую местность, пытаясь определить, где нас может ждать засада.
— Пока не знаю… — неожиданно, мост издает громкий треск и я судорожно вцепляюсь в железные поручни. Сердце бьется так быстро, что почти оглушает меня.
От пропасти нас отделяют только эти неустойчивые деревяшки и больше ничего.
— Кто такие Погонщики? — Макс оглядывается на меня, должно быть, он заметил выражение ужаса на моем лице, раз пытается меня отвлечь разговором.
— Смотрители. Они следят за порядком в нашем мире, и если надо, выносят приговор, — я искоса поглядываю на его спину, — Чаще всего, смертный, — меня передергивает.
— А ворон?
— Он обучен загонять жертву и криком подавать сигнал, — поспешно поясняю я, мост продолжает сильно трещать и я просто заставляю себя двигаться вперед, — Между прочим, ее интеллект сопоставим с интеллектом человека.
— Правда? — хмыкает Макс и я понимаю, что ему об этом хорошо известно, в уголках его губ появляется улыбка, когда он опять оборачивается ко мне, — Мост выдержит, — самым уверенным голосом уверяет он, — Просто не смотри вниз.
Я нахожу в себе силы улыбнуться ему.
— Спасибо.
— Ты первый раз сказала мне спасибо.
— Не привыкай к этому.
Мы проходим больше половины и впервые, я думаю, что нам удастся выбраться отсюда. И как только я начинаю на это надеяться, я вижу кое-что на горизонте и прищуриваюсь.
Неясное пятно быстро двигается в нашу сторону, и приобретает форму ворона.
— Скорее! — поторапливаю я Макса, по коже у меня пробегает холодок и мы ускоряемся. Доски под ногами скрипят и стонут, но теперь мне всё равно.
Единственное, что я осознаю, это потребность уйти с открытой местности. Краем глаза, замечаю движение, птица стремительно налетает на меня сбоку, и мне приходится остановиться. Я поднимаю руки к лицу, защищаясь. Его крылья угрожающе хлопают над моей головой и цепкие острые лапы вонзаются в плечи, причиняя боль. Я пытаюсь отогнать его прочь, не забывая контролировать каждый свой шаг.
Макс разворачивается ко мне и его нога ступает на прогнившую половицу. Под тяжестью его тела, она разламывается надвое. Хруст такой громкий, что волосы на моей голове приподнимаются и кровь леденеет в жилах.
Всё это длится не больше секунды, но для меня, всё двигается, как в замедленной съемке. Макс в последний момент успевает ухватиться за уцелевший кусок доски и зависает над пропастью.
Я подаюсь к нему, но острые, как бритва, когти ворона вонзаются мне прямо в шею и я кричу от боли. Черные крылья бьют меня по лицу, заставляют сжиматься в комок и опуститься на корточки. Я отбиваюсь от него, но паника и боль мешают мне сосредоточиться.
Что-то теплое стекает по моей груди.
