– Последние три года, с тех пор как умер отец, из-за вынужденной сделки я жила на положении прислуги в доме мачехи. Однажды мои домашние решили подкараулить принца возле лавки мадам Флоры, но я узнала об этом уже позже. Само собой, они не пожелали предстать перед принцем в обществе грязной служанки, и, чтобы я не путалась под ногами, отправили меня в переулок. Я послушалась.
Я осмеливаюсь поднять глаза. Как Франко воспринял мои слова? В его глазах мелькает понимание, потом он хмурится.
– Ты… Это ты… Конечно же ты…
Внутри все сжимается. Вот и конец. Сейчас он поймет, что поспешил с признаниями…
На губах его мелькает мрачная улыбка.
– Прости, Эм, мне очень жаль. Я ужасно обошелся с тобой в тот день. Мне нет оправдания. Что мне сделать, чтобы заслужить твое прощение? – Его голос полон сожаления. Но о чем он печалится на самом деле? О когда-то сказанных словах? Или недавних признаниях, которые ему придется забрать обратно?
– Ты уже заслужил его, Франко. Я больше тебя не виню. Признаюсь, после той встречи я возненавидела тебя. Но теперь, когда узнала лучше, понимаю, почему ты подобным образом отталкиваешь от себя людей, терпеть не можешь общаться с незнакомцами и презираешь охотящихся за тобой поклонниц, которые ничего о тебе не знают.
– И? – сглатывает он.
– И – что?
– Как ты теперь ко мне относишься?
Меня накрывает волна страха, склеивая губы.
Но нет. Я ведь больше не пленница. Я свободна и стану говорить открыто, пусть даже потом будет очень больно.
– Я люблю тебя, – дрожащим голосом признаюсь я. Он шумно выдыхает. Я закрываю глаза, не в силах на него смотреть. Что означает этот вздох? – А ты? Теперь, когда знаешь, кто я…
Он берет мое лицо в ладони, и я, открыв глаза, вижу перед собой его улыбку.
– Ничего не изменилось. Все как я и сказал.
– Но разве ты не понимаешь? В этом нет смысла. Я не принцесса и не смогу стать твоей возлюбленной.
Он проводит большим пальцем по моей щеке.
– Как еще объяснить? Мое сердце целиком принадлежит тебе. Если при этом мне не стать королем, что ж, так тому и быть. Я не хочу бороться за трон, ради которого мне придется пожертвовать собственным «я».
– Но королева…
– Она тоже может ошибаться, – произносит он. – Да, она отлично правит страной, но, возможно, не права в том, что мне лучше всего поможет взойти на трон. Кто сказал, что брак с принцессой – залог людского уважения? Вдруг им нужен кто-то более близкий по духу? Впрочем, не важно, чего хотят жители. Главное, что мне нужна лишь ты. Я люблю тебя. Даже если ты по-прежнему намерена уйти, мое сердце последует за тобой куда угодно. Если хочешь, сам я стану держаться подальше, но сердце мое теперь принадлежит тебе.
Я чуть улыбаюсь кончиками губ. Теплившаяся внутри надежда становится все ярче, согревает своим теплом, сжигает остатки страха.
– Как и мое – тебе…
– Как тебя зовут?
– Эмбер.
– Эмбер, – мягко выдыхает он, как легкий ветерок. – Вот почему ты согласилась на Эм. Буква М здесь вовсе ни при чем.
– Так меня называли родители. Если хочешь, можешь по-прежнему звать меня так.
– Эм… Моя Эмбер…
Он впервые произносит мое полное имя, и сердце трепещет от удовольствия.
– Мой Франко…
Он касается губами моих губ, вновь разжигая пламенную страсть, зародившуюся еще на озере. На этот раз я даже не пытаюсь сдерживаться. Обвив руками шею принца, я прижимаюсь к нему как можно теснее. Он проникает языком мне в рот, и я испускаю стон. Ерошу рукой ему волосы, а другой, коснувшись плеча, провожу по шелковому галстуку, все еще влажному после купания. Скольжу пальцами вниз, к воротнику рубашки, поглаживаю ладонью теплую грудь. Принц чуть отстраняется, в глазах его читается вопрос. Не отводя взгляда, я тянусь к узлу на его галстуке и расплываюсь в улыбке. Франко ухмыляется в ответ, и по телу растекается тепло, зарождаясь где-то в животе. Он вновь накрывает губами мои губы, но теперь целует медленно и нежно.
Я развязываю галстук и отбрасываю его в сторону, скольжу ладонями под сюртук, и вскоре он тоже падает на пол. За ним следует жилет. Когда я тянусь к пуговицам на рубашке, принц наклоняется и, подхватив меня под бедра, сажает на туалетный столик. Его губы скользят вниз по шее, и я чуть отклоняюсь в сторону, чтобы ему было удобней. Он касается застежек на спине платья. Я расстегиваю оставшиеся пуговицы на рубашке, и он, поведя плечами, совсем ее скидывает. Я провожу руками вверх и вниз по его груди, обрисовываю линии татуировок. Он притягивает меня к себе, чтобы закончить с крючками на платье.
Его ладони замирают на спине, потом медленно скользят к рукавам. Удерживая мой взгляд, принц тянет их с плеч, вниз по рукам, пока лиф не оказывается у меня на талии, открывая корсет и сорочку. Чуть помедлив, он отстраняется и, опершись руками на туалетный столик, окидывает меня взглядом.
– Ты просто сногсшибательна, – сообщает он, скользнув взглядом от выреза сорочки к ключице, потом проводит ладонями по моим волосам. – Какой чудесный цвет… – Он смотрит мне в глаза. – Ты великолепна.
Наши губы сливаются, медленно и нежно. Потом Франко вновь отстраняется.
