Взрывы раздавались вокруг Сины тут и там. Она хоть и находилась под влиянием немыслимого количества пламени, понимала все происходящее. Удары Дэвлина не причиняли ей почти никакого вреда. Она боялась растоптать своих друзей, не зная наверняка, в чем суть ее истинных сил. Сина шагнула вперед и увидела за своей спиной десятки солнечных мечей. Татуировки вроде тех, что были на теле Илая, поползли по ее великану. Над головой появился светящийся круг, и двигаться стало намного легче. Теперь вес собственного тела не сковывал ее. Но главное, что дал ей солнцеподобный, – оружие. Она взяла за рукоять один из мечей и замахнулась.
– Как занимательно, – только и сказал Дэвлин. –
Сина ударила мечом по месту, где раньше стоял Дэвлин, поднимая в воздух песок на несколько сотен метров. Великан качнулся от землетрясения. От такого удара человеку не выжить. Даже хранителю. Помимо физического воздействия, прообраз бога Ора-Ли-Ра расплавил и превратил в стекло место удара. Так воздействовал на песок костер Илая.
Подобие победы ни капли не воодушевило команду. Дэвлин успел произнести слова, которые, скорее всего, обернутся для них поражением. Сина посмотрела на руку великана, потом на песок, и ее оглушила череда взрывов. Ей казалось, что хлопки раздаются со всех сторон. Прообраз бога наклонился и начал падать, но ему не позволили даже коснуться песка, и черная стрела с небес, размером с половину тела великана, пронзила его грудь. Сина успела лишь прижать ее к себе и забрать всю силу взрыва на себя.
– Что мы можем с ним сделать? – прошептала Риса и посмотрела на Илая без пламени. Сама она тоже исчерпала свои силы. – Дэвлин повалил великана…
– Способность моего костра превращает мое тело в пепел. Каждая его крупица взрывается в три раза сильнее моей обычной искры, – прохрипел голос, и из черного облака появилось тело Дэвлина. – Не знаю, почему король хочет убить вас. Особенно своего сына. Но вам не спастись. Отдайте Айона, и я отпущу вас. Мне нужен только он.
– Нет! – рука великана потянулась, чтобы ударить хранителя, но тот с легкостью увернулся. Для воссоздания прежней силы Сине требовалось больше пламени. Нынешнее она исчерпала. – Мы не отдадим его. Я разрушу свою искру…
– Этого я допустить не могу, – Дэвлин подскочил к Сине и схватил ее за горло. – Проблема пламени людей. Не скажешь, не получишь силу, – он поднял ее над песком. Илай метнулся к нему и выпустил последний свой меч из света, но тот взорвался на половине пути. – Какие настырные. Ладно. Как хотите. Я убью вас всех, начиная с нее.
– Сина, нет! – закричала Риса.
Но не успели пальцы хранителя Дэвлина сжаться и сломать шею Сины, как песок поднялся в воздух от странного хлопка. Хранителя спасло лишь то, что его нынешнее тело состояло из взрывчатого пепла. Иначе бы ему оторвало руку. Все члены команды, которые оставались в сознании, уставились на рассеивающееся пылевое облако. Азель улыбнулся.
– А ты что здесь забыл? – прорычал Дэвлин.
– Как что? Пришел спасти
Облако пыли наконец-то рассеялось, и все увидели его – Короля Сорокатысячи Ног Саргона.
– Кажется, все готово, – Марил нахмурилась.
Она внимательно рассматривала восемь столбов знака жизни – один из самых сложных и редких знаков, которые встречались в Виаруме. Она знала лишь одного старика, что мог его наложить, и всего двух людей, которые носили его на себе. Даже ей потребуется затратить огромное количество пламени. Суть знака заключалась в привязке жизни к определенному объекту. Так, пламя умирающего человека можно заключить в амулет или оружие, сохранив его способность в предмете. Такие знаки находились под запретом из-за опасений короля первого материка об их повсеместном использовании и, как следствие, массовой гибели воинов, достигших пожара для ритуала. Чтобы выполнить знак жизни, Марил жарилась под солнцем пустыни уже четыре лунных пути. Благо времени было предостаточно.
– Марил, ты переживаешь больше, чем я, – Саяра немного приподнялась на пьедестале. – Я не разваливаюсь на части. Напомню, мне уже чуть больше, – она протянула букву «о», – тридцати лун, но это не значит, что я пыль.
– Саяра, да при чем тут ты? – Марил скривилась. – Я много чего в жизни успела наделать. Такого бреда не видели даже боги. Но, буду честна, даже долгая подготовка… – она посмотрела на столбы. – Ты же понимаешь, что я вручную рисовала мертвый язык своей кровью? Я делала это один-единственный раз и чуть не умерла.
– И я уже в миллионный раз говорю, что ты не обязана снова идти на жертвы, – Саяра устало выдохнула и отвернулась.
– Ты прячешь глаза! Ты! Великая Саяра Песчаная! Это говорит лишь об одном: других вариантов ты не придумала. Да и невозможно придумать. Знак жизни потребует огромной концентрации и сил. И главное, не от меня, а от тебя, Саяра. Ты точно не хочешь открыть костер и пожар перед тем, как мы начнем? Это во многом облегчит ситуацию, – Марил нахмурилась. – Не слушай ты этого дурака.
