Но сначала нужно стать оборотнем.
Или гибридом.
Я чувствую, как приказы Семена проникают в мой мозг, пока трансформация расползается по венам.
Но для него уже слишком поздно. Нет возврата от того, что я сделала, прежде чем ввела сыворотку себе в шею. Последний вздох Семена вырывается из перехваченного моими зубами горла.
Но этого мгновения достаточно, чтобы гибрид впился клыками в плечо Ашена.
Последний хриплый вздох Семена тонет в моем крике.
Все вокруг замирает.
Гибрид отпускает плечо Ашена, словно укусил раскаленное железо.
Оборотни, окружившие нас, застывают, их светящиеся глаза моргают. Они наблюдают за нами, затем поднимают морды к небу и воют. Гибриды подхватывают жуткими голосами.
Я чувствую все их мысли, подчиненные мне.
И это больно. Как будто в голове не хватает места. Как будто кровь застывает. Мышцы деревенеют. Суставы - будто из осколков стекла, режущих кости, которые должны соединять. Я цепляюсь за сознание, пока поле боя кружится перед глазами. Каждое движение к Ашену -агония. Но мне важно только добраться до него, до того, как он опустится на колени, прижимая руку к разорванному плечу, тяжело дыша.
Я подношу запястье к губам, дрожа от внезапного холода под кожей. Кусаю, подползая ближе. Зубы дрожат, когда я вижу, как он падает на спину.
— Все в порядке, вампирша? — шепчет он, прерывисто дыша. Тянется ко мне. Я знаю, он чувствует панику, жгущую метку на моей груди, так же как я чувствую его скорбь и смирение. Мои плечи трясутся, но я отказываюсь отвечать, отнимая руку.
—
Цвет лица Ашена угасает на моих глазах. Я слышу, как его сердце гонит яд по венам. Он касается моей щеки. Его рука слишком холодна.
— Моя Лу. Прости, моя вампирша. Ты была так храбра.
Я чувствую каждую слезу на своей коже. Мы не можем закончить так. Не можем. После всех страданий, врозь и вместе. Это не конец.
— Нет, Ашен. Я… могу…
— Лу, — шепчет он, когда я запинаюсь на заклинании. Огонь в его глазах гаснет. Лопнувшие сосуды окрашивают белки в красное. Кашель сотрясает грудь, и он притягивает меня к себе в последний раз. — Больше нет великих рисков. Мы приняли их все.
Я прижимаюсь ухом к его груди, дрожа в объятиях. Его сердце поет мне последнюю отчаянную песню - рваную, прерывистую.
Я ловлю ртом воздух. Руки Ашена больше не могут удерживать меня, когда я отталкиваюсь от его груди.
— Я люблю тебя, Ашен, — говорю я. Смотрю в его глаза, а слезы капают на рубашку.
Прежде чем он успевает сделать вдох, я выхватывай кайкен с бедра и провожу им по его горлу, глубоко, насколько хватает сил.
Глаза Ашена расширяются, в них - отчаяние.
— Прости, — шепчу я. Бросаю клинок, одну руку кладу ему на лицо, другую - на грудь, где метка теряет тепло под моей ладонью. — Прости. Я здесь, Ашен. Все в порядке.
Ашен уходит с моим голосом в ушах, с моим прикосновением на коже. Я провожаю его с любовью, наблюдая, как гаснет его взгляд.
Его последний вздох касается губ, когда я целую его в прощание.
Я не моргаю.
Не двигаюсь, когда Эдия падает рядом, хватает меня за плечи, зовет по имени.
Я только жду.
И вот первый серый пепел поднимается с кожи Ашена.
Я издаю вопль облегчения. Искры и пепел кружатся в снегу, устремляясь к небу. Я закрываю лицо руками, а Эдия обнимает меня.
— Ты сделала это, Лу. Он возвращается. Ты сделала это, — шепчет она на ухо, сжимая крепко. — С ним все в порядке, Лу… Лу?..
Голос Эдии становится тише, будто удаляется по туннелю. Я закрываю глаза, когда она кладет меня на спину в снег. Я нахожу разумы гибридов и волков и шепчу им свои желания.
— Нет, Лу… Ты же моя лучшая подруга. Моя родственная душа. Пожалуйста,
— Думала… сработает… — моя улыбка мгновенно сметается волной боли. Тело содрогается. — Люблю тебя…
Трудно дышать. Мне страшно. Так страшно.
— Я люблю тебя, Лу. Люблю. Ты слышишь, Лу?
Слышу. Свое имя. Крик.
Я открываю глаза, моргая в тусклом свете. Упираюсь руками в камень и поднимаюсь с пола. Передо мной - черная стена из полированного обсидиана. Кольца вращаются в противоположных направлениях. В центре - сверкающая сфера из черного турмалина.
Как и в сознании Леандра, я делаю шаг ближе. Серебряные символы вспыхивают на кольцах. Тот же язык, но другие слова.
