— Я и не приказываю Гиллалуну проникать в замок, — ответил Дик высокомерно. — Я приказал ему подобраться поближе. Монсеньор разрешил оказать помощь кардиналу Левию, если его высокопреосвященство сумеет выйти на дорогу в Нежюр. Однако как мы узнаем об этом, сидя в лесу в полухорне от замка?
Капитан Энрикес вынужден был признать правоту герцога Окделла. Вместо возражений он склонил голову и предложил:
— Тогда позвольте мне дать вашему слуге помощника из числа моих людей.
— Гилл знает его высокопреосвященство в лицо, — возразил Дик. — В отличие от ваших солдат. К тому же, чем меньше посторонних окажется у замка, тем лучше. Пусть мой телохранитель делает своё дело. Он подготовлен к этому лучше других.
Кэналлиец кинул беглый вопросительный взгляд на Роберта Кохрани.
— Дуву Гиллалуну вполне можно доверять, — подтвердил тот. — Считайте, что он ваш разведчик, Энрикес.
Спор закончился; последнее слово осталось за Ричардом. Склонившись к самому уху Гилла, он шёпотом дал последние наставления, после чего телохранитель скрылся в зарослях орешника.
Тем временем вернулись дозорные с докладом.
— В засаде не больше сотни всадников, — сообщили они. — Ими командует молодой господин, ровесник его светлости герцога Окделла.
— Жюльен Горуа или Жорж Гайар, — назвал Дик имена своих однокорытников.
— Где прячется отряд? — осведомился капитан Кохрани.
— Засели в ельнике недалеко от дороги.
Эр Роберт повернулся к Ричарду.
— Милорд, я советовал бы вам занять позицию ближе к южной окраине леса, чтобы перекрыть мятежникам дорогу к мосту.
Ричард повернул голову в указанном направлении, но увидел только частые стволы деревьев, сквозь которые ничего нельзя было рассмотреть.
— Хорошо. Ведите нас, — распорядился он с подавленным вздохом. — Капитан Энрикес, вы будете в арьергарде.
Однако они не успели даже приступить к манёвру, как с северной стороны донеслось слабое эхо взрывов и сухое, словно бы деревянное щёлканье. Ричард подумал было, что это бурелом стучит на ветру, но тут же яростно одёрнул себя: он с ума сошёл, что ли? Какой бурелом? На севере стреляли, и пули рикошетили от каменных стен.
— Похоже, наступление началось, — бросил капитан Энрикес, блестя в темноте белками глаз. — Нам не стоит медлить.
Они расположились окрай леса, недалеко от дороги, взяв её в кольцо. Дозорных отправили наблюдать за отрядом мятежников и за рекой, из-за которой уже раздавалась канонада батареи генерала Лефлёра. Дик, как и остальные офицеры, затаился верхом на Соне, низко пригнувшись к луке седла. Ждать предстояло долго.
Самое тяжёлое на войне, подумал Дик, вдруг ощутив болезненный укол тоски, это сидеть в засаде и бездействовать, пока другие сражаются за тебя.
И так было всегда, с горечью вспоминал он, невидяще всматриваясь в неумолимо наступающий рассвет, мерцающий сквозь частый ряд деревьев. Его всегда прятали за чужими спинами. В Окделле – матушка, не позволившая Дораку добраться до её сына. Хотя кардинал и сам не слишком к этому стремился: он располагал и временем и возможностями избавиться от наследника Эгмонта в будущем. В Агарисе Ричарда прикрыл Левий – после глупейшего покушения во имя королевы, которую и не нужно было спасать, Магнус Ордена милосердия великодушно пришёл к нему на помощь, и поэтому сегодня он просто обязан спасти его высокопреосвященство в свою очередь. В Алате и Гальтаре его сопровождал Гиллалун – верный Гилл, который скорей бы умер, чем позволил причинить вред своему господину. И даже в Лабиринте он не оставался в одиночестве – в разговоре с Каталлейменой его заслонил собой Ушедший предок Лит.
Угрюмо хмурясь, Дик вспоминал, случалось ли ему вообще хоть раз выйти из-под навязчивой опеки? Получалось, что нет. Даже Первый маршал Талига, который когда-то взял его в оруженосцы из причудливой и недоброй прихоти – даже тот никогда не позволял ему остаться со своими врагами лицом к лицу. Чего стоило хотя бы одно его появление на дуэли с Эстебаном Колиньяром! Вспомнив об этом, Дик опять вспыхнул от унижения и бессильного гнева.
А теперь эр Рокэ делает вид, что изменил своё мнение о Ричарде. Он доверил ему командование отрядом, но на самом деле просто спрятал его вдали от настоящего дела за спинами своих людей. Битва проходит в полутора хорнах отсюда, а они тут вынуждены ждать неизвестно чего. Если Карваля и графа Агиррэ разобьют в замке, бежать к Нежюрскому мосту будет некому. Ричард сжал зубы, прислушиваясь к шуму сражения, эхо которого долетало до них с порывами ветра. Лучше бы ему позволили остаться вместе с Робером! Тогда он по крайней мере не чувствовал бы себя мальчишкой, которого монсеньор отправил подальше, чтобы этот недотёпа не путался под ногами.
С горечью Дик признал про себя: на деле эр Рокэ не доверял ему так же, как и прежде. Обречённый на гибель последний Ракан относился к Повелителю Скал не лучше, чем блистательный Первый маршал к своему блаженному оруженосцу. Перелить в кувшин пару бутылок вина или бездействовать в засаде, сидя в глухом тылу, – одно вполне стоило другого.
А ведь оба они знали, что проклятие Ринальди не вымысел!
