— Прости, я обозналась, — улыбнулась она, не желая настраивать против себя еще и этого мальчугана. — Приняла тебя за своего знакомого Бето. Он, правда, немного постарше тебя будет.
— Ну, это бывает, сеньора, — махнул рукой мальчишка, благосклонно приняв ее оправдания. — Имя-то нередкое, вот и угадали. Я Бето Луго, мои родители у сеньора Веларде работают, ну и я им помогаю. Сейчас вот с охоты возвращаюсь, куропатку поймал. Так что вы не думайге, сеньора, что я даром свой хлеб ем. Я не Милли!
Опять Милли. Кристина вздохнула, расстраиваясь, и отпустипа тащившего мертвую птицу Бето по делам. Если и он считал Милагрос бездельницей и дармоедкой, неужели Пилар говорила про нее правду? Или Бето просто повторял за матерью, не пытаясь составить о Милагрос собственного мнения? У них была разница в возрасте в два-три года — вполне достаточная, чтобы не общаться и не понимать друг друга. Или Кристина просто искала оправдания своей неожиданной приязни к Милагрос? Надо было поговорить с ней по душам, вместо того чтобы прятаться в этом саду, а теперь у Кристины появились другие дела. И она не хотела думать о том, что гвардеец с посланием может оказаться вестником новой беды.
Не желая и дальше мучиться в сомнениях, Кристина поспешила к главным воротам Нидо-эн-Рока и уже издалека увидела, что неведомым гвардейцем был Бино Кастро собственной персоной. Однако сердце против воли застучало еще сильнее: уж не с Сантьяго ли что случилось? Иначе зачем бы Бино приехал к ней, да еще и с каким-то посланием?
— Сеньора Веларде? — с какой-то озорной улыбкой спрыгнул тот с коня, заметив Кристину. — Мне тут сеньор герцог письмо для вас передал и велел осведомиться, как вам нравится в вашем новом доме.
— Письмо? — одновременно удивилась и обрадовалась Кристина. Ни за что на свете она не подумала бы, что Сантьяго окажется романтиком, решившим скрасить ее одиночество столь милым способом. И то, что он думал о ней даже на службе, заставило Кристину покраснеть от удовольствия. Наверное, она все-все себе придумала, но Сантьяго даже не представлял, сколь своевременной была весточка от него! Как будто свиток с защитным заклинанием, который оградит ее от всех неприятностей.
— Оно самое! — протянул ей Бино запечатанный конверт, и Кристина с каким-то благоговением сломала печать, чтобы всмотреться в ровные четкие строки.
Сантьяго просил прощения за свой поспешный отъезд и сетовал на невозможность поприветствовать ее утром, а также показать свое поместье и лично познакомить с его обитателями. Кроме того, он выражал надежду на то, что Кристине пришелся по душе его сад и что она найдет время, чтобы порадовать супруга ответным посланием.
Идеальное письмо идеального мужа, и именно поэтому оно показалось Кристине неискренним. Кажется, герцог Веларде продолжал играть новую роль, отдаваясь ей столь же полно, как и предыдущим своим ролям, а Кристина обманулась в своих ожиданиях, позволив совершенно неуместным фаигазиям завладеть душой. И только фраза про сад заставипа ее улыбнуться. Не дом, не владение, а именно сад, столь любимый Кристиной в королевском дворце. Похоже Сантьяго Веларде знал ее куда лучше, чем Кристина могла предполагать. И это немного примирило ее со своим положением.
— Надеюсь, у герцога все хорошо? — совершенно машинально спросила она у Бино и вздрогнула, услышав ответ:
— На свободе было бы, конечно, лучше, но он не теряет бодрости духа. Письма любовные, как видите, пишет…
— Что значит «на свободе»? — оборвала его похолодевшая Кристина. — Где же он, если не на свободе?
— В тюремной камере, вестимо, — пожал Бино плечами с таким выражением лица, как будто Кристина должна была знать о мужниных неприятностях. — Он сегодня с его величеством на шпагах дрался, ну сеньор король его за это и велел арестовать.
— Дуэль? — ахнула совсем пораженная Кристина. — Но по какой причине?
— А я почем знаю? — поморщился Бино. — Может, за вас дрались: помнится, его величество был вовсе не прочь сделать вас своей невестой. А может, что другое не поделили: сами видели, их мир не берет. Мне сеньор герцог о том не докладывал. Велел только передать, чтобы вы ответное послание на балконе его спальни составляли. Сказал, что оставил там для вас перо и чернила.
