Вскоре они вышли из спальни, а я решила отдохнуть, поудобнее устроившись на куче подушек. Своевольное воображение неожиданно нарисовало эпизод из леса и холодные зелёные глаза того молодого аденийца. При одном воспоминании вздрогнула. Похоже, этот маг не знает жалости, и, вообще, земная суета ему чужда. Всё могло закончиться гораздо плачевнее, нам со Стивеном сильно повезло. А эти руки тверже наковальни, он мог убить меня даже случайно. Хотя со мной скоро справится даже дворовый петух. Отъедаться надо…
Я быстро шла на поправку, аппетит улучшался вместе с настроением, а колено почти не давало о себе знать.
Через два дня Берта разрешила мне заниматься домашними делами, а через три – я взяла небольшой заказ. Радовало то, что под шумок, пока дядя бегал по замку в пене, готовясь к приезду важных гостей, я продолжала жить в большой спальне.
– Слушай, а когда они уже приедут? – спросила я у Берты, не вынимая изо рта булавки.
Шитье нужно было закрепить на манекене.
– Знаю столько же, сколько и ты. Дядя всё время повторяет, что вот-вот появятся. Честно, мне уже и не страшно совсем, а тебе?
– Мне?! – я подняла бровь. – Я вообще никого не боюсь, – метнула взгляд в окно и добавила, – только вредных петухов.
– Маргарита не вылезает из кухни, изобретает новые кулинарные шедевры, хочет сразить аденийцев своим искусством.
– Только бы не перестаралась, – я покачала головой.
– В этом платье ты очень хорошенькая, – вдруг сказала кузина. – И вообще незапланированный отдых пошёл тебе на пользу. Ты посвежела, даже румянец на щеках появился.
– Да?! – я посмотрела в зеркало и правда обнаружила немного краски на лице. – Надо почаще покупать себе платья.
– И жить в шикарной спальне, – хмыкнула Берта. – Что это там за сборище? – она вгляделась в окно.
– Вы ещё здесь?! Разини!!! – услышали мы вопль Джейн. – Быстрее к воротам, они приехали!!!
Берта ринулась к выходу и я, последовав её примеру, опрокинула манекен, вернулась, подняла его и снова сорвалась на бег.
Мы удивились, когда увидели, сколько народу собралось у ворот. Старые высокие створки из выгоревшего дуба открылись, и заиграла музыка. Люди замерли в восхищении, когда увидели входящих мужчин. Музыканты заиграли тише. С трудом протиснулась сквозь толпу, встала рядом с кузинами, взглянула вперёд, и время потянулось, как во сне. В гостях я узнала увиденных в лесу аденийцев. Зеленоглазый маг встретился со мной глазами, и я застыла от ужаса. В его лице не изменилось ничего, взгляд полон холода и равнодушия, но я поняла, что он узнал меня и вспомнил нашу стычку в лесу. А ещё почувствовала, что он читает мои эмоции, как открытую книгу, и знает о моём страхе.
– Сокол! – крикнул герцог Эллиот – двоюродный брат моего отца и мой дядя.
Зеленоглазый юноша посмотрел на него и поклонился. Герцог же забыл обо всех церемониях, бросился вперёд и сжал гостя в медвежьих объятиях, которые тот выдержал, не поведя бровью.
– Я надеюсь, ты с добрыми вестями, сынок.
Маг молча кивнул, и герцог тут же увлёк его в замок, остальные гости последовали за ним.
«Сокол», – думала я. Так вот кого мне довелось увидеть в лесной чаще.
Могущественный маг, воин-целитель, знатный дворянин и правая рука короля Ворона, сумевшего за несколько лет буквально собрать воедино почти развалившуюся державу и защитить её. Такому человеку жалость не полагается по статусу.
«Лично я никогда не был ребенком», – бросил на прощание. Верю, что он сказал правду. В глубокой задумчивости не заметила, как оказалась на кухне.
Вскоре здесь закипела работа. Маргарита носилась по помещению, как ошпаренная и щедро раздавала приказания. Берта распоряжалась во дворе, управляя челядью затрещинами и тычками. Это, наверное, от напряжения, в обычное время слуги понимали её с полуслова.
Я рассеянно наблюдала за происходящим вокруг, словно пребывая в другом измерении.
– Обедать будут на крыше, оттуда открывается живописный вид, – старшая кузина заговорила рядом со мной и вывела меня из оцепенения. – Марго, ты готова?
Маргарита, как самая красивая из нас, должна была присутствовать на подаче обеда и приветствовать гостей.
– Да-да, конечно, – скороговоркой выдала она и схватилась за поднос.
– Ну, ты не волнуйся, они же просто маги, красивых девушек не едят, – произнесла подоспевшая жизнерадостная Джейн.
– А кто волнуется? – спросила зеленоглазая кузина и в обмороке сползла по стене.
Подскочившая к ней Берта едва успела выхватить у неё поднос. Если бы она не сделала это, наивкуснейшая хлебная булка, испечённая самой Маргаритой, покатилась бы по грязному полу.
– Нюхательную соль, быстро, – проорала Берта.
В себя девушка приходила медленно.
– Ты что, влюбилась в него, что ли? – в сердцах бросила брюнетка сестре.
– Нет, – ответила Марго.
– Да что же это такое? Я не могу туда пойти, здесь дел невпроворот. Все надежды на тебя были… Вставай немедленно!
Блондинка трепыхнулась и снова села на пол.
Понаблюдав за безуспешными попытками сестры выполнить свой долг, Берта обернулась ко мне и сказала со сталью в голосе:
– Ты пойдёшь!
