— Мы не знали, что Рикша — настоящий глава. Думали, она всего лишь посредник. Потому пропустили — думали, что она хочет передать сообщение от Гильдии. Но на самом деле Рикша явилась, потому что узнала, у кого находится кольцо. Гильдии удалось «разговорить» отшельника.
— Но как она намеревалась получить кольцо?
— В тот момент, когда Рикшу вели во дворец, на остров напали. Это был отвлекающий маневр. Тут же поднялась тревога. Рикша убила сопровождающих и пошла к тюрьмам. Она собиралась узнать у Торменты, где кольцо, а затем убить. Но не успела. Мы быстро догадались, что происходит, и пришли в камеру, когда Рикша освободила Киару. Но Наваги не растерялась. Она дала Киаре меч и рассказала… много чего ей рассказала. О Старейшинах в том числе. Рикша хотела натравить Торменту на нас. Но Гефест в ответ поведал, кто сыграл главную роль в судьбе Киары. Орудием в чьих руках она была. Он многое разузнал о прошлом Торменты за последние дни. И вместо нас Киара набросилась на Рикшу.
— Она обезумела от ярости? Рикша ведь бессмертная, Тормента ничего не могла ей сделать.
— Мы тоже сперва так подумали. Но Киара оказалась вовсе не безвольной марионеткой, как думала Рикша. Она давно вынашивала план. Позже выяснилось, что Тормента бывала на Натроне и измазала кольцо останками Прометея, что до сих пор там хранятся. В заключении «случайно» оцарапала Гефеста, в котором течет кровь отца. Рикшу она знала и догадывалась, где та может прятать камень. Тормента рассекла Рикше руку, куда та давным-давно зашила камень. Киара достала его, вымазанный в крови Рикши, сестры Ракши, и вставила в кольцо. Ритуал был завершен. Чудесная энергия вернулась в кольцо. Мы все стали смертными. И Киара убила не ожидавшую ничего подобного Рикшу.
Гимнур снова умолк. На этот раз Дармер не торопил его.
— После Гефест просил, да что там — умолял отдать кольцо ему. Но Киара не вняла уговорам. Рассказанное Рикшей все-таки разозлило ее. Тормента разломала кольцо и сбежала вместе с отступившей Гильдией. Вот так на острове произошли разрушения, а Старейшины потеряли бессмертие.
— Я… не знаю, что сказать, — пробормотал Дармер после долгого молчания.
— Зато я знаю, — внезапно раздался посторонний голос.
Дармер и Гимнур разом выглянули из-за колонны. За ней, прислонившись, стоял Гефест Кандаон. И не похоже, что он только пришел.
— Откуда ты узнал, что мы здесь? Давно подслушиваешь?
— Ты хорошо осведомлен, что у меня есть методы. И не подслушиваю, а убеждаюсь, что Мистихт не во всем не права насчет тебя. Особенно, когда величала пустозвоном. Лети во дворец — позже обсудим.
Тон Кандаона не оставлял места препирательству. Гимнур спрыгнул и взлетел.
— Добрый день… Ваше Старейшинство, — неловко пробормотал Дармер, кося на Кандаона через плечо. Он попытался встать, но Гефест жестом велел оставаться на месте.
— Мы здесь одни. Почему нарушаешь договоренность?
— Не знаю, действует ли она еще.
Кандаон вздохнул, подступил ближе и сел на место Гимнура.
— Действует, Дармер, действует. Я от своих слов не отказываюсь. И никогда не обманываю.
В последней фразе явственно ощущался жирный намек.
— Простите, Гефест, — совершенно искренне сказал Дармер. — Простите, что я вам соврал. Обещаю, что подобного больше никогда не повторится!
— Ты извиняешься за ложь. А за то, что едва не угробил учителя?
— Нет, — твердо сказал Дармер, — за это извиняться не стану. Я до сих пор считаю, что Линт получил то, что заслуживал. Но в любом случае за это я должен извиняться перед ним, а не перед вами. Простите.
— Что ж, в последнем ты прав. Но неужели ты считаешь, что тренер заслуживает смерти только за то, что смеялся над учениками?
— Мы не собирались его убивать. Только хотели поставить Линта на наше место, чтобы он понял, каково это. Но перестарались, завели все слишком далеко. Не стоило использовать изобретенное Кси заклинание, не проверив, насколько оно опасно.
— Хоть это ты понимаешь. Но я надеялся, что за эти дни ты осознаешь больше.
— Я осознал, что принял неверное решение и поплатился за него. Но Гефест, разве вы никогда не делали неправильный выбор, который обернулся ужасными последствиями? — Дармер с вызовом посмотрел на Кандаона.
— За семьсот лет правления было все, — ответил тот. — Я понял, к чему ты клонишь. Дармер, я не считаю свое милосердие по отношению к Киаре Торменте ошибкой.
— Как…? — растерялся Дармер. — Даже сейчас, когда она причинила столько зла?!
— Подумай, что было бы в ином случае. Казни я Киару, Рикша Наваги осталась бы жива.
Дармер молчал, не зная, что возразить. С такой стороны он ситуацию не рассматривал.