Этот день ничем не отличался от других. В покоях принцессы было многолюдно. Что-то негромко наигрывали музыканты. Кто-то читал стихи, надеясь, что на него обратят внимание. Но все это было только фоном. Тон задавали фрейлины, они сплетничали напропалую и болтали без умолку, обрушивая на принцессу тонны разнообразной информации.
Айрин примостилась на резной скамье возле раскрытого окна и по привычке погрузилась в себя. Ее обидели вчерашние упреки Гарта, хоть она и не могла не признать их справедливости. И сейчас она, несколько запоздало, старалась подобрать правильные слова, которыми нужно было ответить еще вчера. Это было довольно бессмысленное занятие, но, по крайней мере, оно помогало не думать о том, о чем не хотелось.
Неожиданно в комнате воцарилась тишина. И Айрин в первый раз ясно услышала голос принцессы Ксении, на удивление звонкий и приятный.
– Дамы и господа, – сказала принцесса мягко, но решительно, – ваше общество разгоняет мою скуку. Но я дала себе обещание, что еще до отъезда прочитаю книгу, подаренную мне моим отцом. Книга эта хоть и скучная, но весьма серьезная и поучительная, она требует тишины и уединения для лучшего осмысления. Я буду очень признательна, если вы оставите меня на время и позволите выполнить обещание, данное моему батюшке.
Если отбросить всю вежливую мишуру, то это было весьма недвусмысленное предложение – всем убираться вон. Оставалось только подчиниться. Зашуршали многочисленные юбки придворных дам, приседающих в почтительном книксене. Застучали башмаки музыкантов и непризнанных поэтов. Принцесса мило улыбалась, но выражение ее глаз лишь подстегивало опытных царедворцев. «Уходите», – говорил ее взгляд, и не нашлось ни одного глупца, решившегося с ним поспорить.
Айрин, как и остальные, вежливо присела, склонив голову точно в соответствии с придворным этикетом, и, облегченно вздохнув, поспешила к дверям. Чем бы ни было продиктовано решение принцессы, Айрин оно пришлось только на руку. Ей не терпелось вернуться в отведенные ей комнаты и запереться на все засовы.
– Баронесса Гросбери, останьтесь.
Эти слова принцессы вызвали всеобщую заминку. Придворные недоумевали, что потребовалось принцессе от скромной и незаметной баронессы.
– Иногда у меня устают глаза, и тогда я прошу кого-нибудь почитать мне вслух, – снизошла принцесса до объяснений. – Ваш голос, баронесса, кажется мне приятным.
Что бы придворные ни подумали, им пришлось уйти. Высокие двухстворчатые двери мягко захлопнулись, и в большой комнате остались только Айрин и принцесса. Айрин, пребывая в сильной растерянности, взяла в руки предложенную книгу и положила ее на подставку для чтения.
– С какой страницы мне следует начать, ваше высочество?
Принцесса не спешила отвечать на ее вопрос, изучая Айрин испытующим взглядом больших карих глаз. Возникла неловкая пауза.
– Тяжело быть замужем за нелюбимым, – неожиданно произнесла принцесса.
Айрин подняла голову.
– Ваше высочество, я более чем уверена, что король Георг придется вам по душе…
– Смею надеяться на это, – прервала ее принцесса с мягкой улыбкой на лице. – Но я сейчас говорю о вас.
Айрин вспыхнула:
– Ваше высочество, но с чего вы взяли?
Принцесса рассмеялась, но так доброжелательно и деликатно, что ее смех прозвучал совершенно необидно.
– Во-первых, это сразу же бросается в глаза, стоит лишь немного за вами понаблюдать. Ваши вымученные улыбки друг другу могут обмануть только черствых и невнимательных. А во-вторых… – принцесса открыла ключом изящную шкатулочку для бумаг и достала оттуда распечатанный конверт, – об этом мне написал в своем письме мой жених и ваш брат.
Айрин побледнела и прикрыла ладонью рот.
– Не пугайтесь, – сказала принцесса. – Георг сделал это вполне осмысленно, и я ценю его откровенность, оцените и вы.
Но Айрин продолжала смотреть на нее испуганным взглядом. Принцесса подошла к ней, взяла ее за руки и усадила рядом с собой на мягкую софу. Живые карие глаза, особенно выделявшиеся на ее некрасивом лице, стали проникновенными.
– Вы его сестра, – сказала она негромко, – значит, будете сестрой и мне.
– Ваше высочество…
– Не надо этого, – принцесса сжала в ладонях ее руки, – для тебя я Ксения, хотя бы наедине. И говори мне «ты».
– Но…
– Пожалуйста, я так редко это слышу. – В голосе принцессы послышались просительные интонации.
Для Айрин это было так неожиданно, что шок, охвативший ее вначале, пропал почти без следа. Она невольно улыбнулась, от Ксении исходило ощущение покоя и уюта, только что она была принцессой и ее воля заставила придворных чуть ли не бежать из комнаты, но прошло всего несколько минут, и вот уже перед Айрин совсем другая Ксения, простая и доступная.
– Меня зовут Айрин.
– А меня Ксения, – улыбнулась в ответ принцесса. – Вот и познакомились.
