– Не мешай ей помирать – так она хотела сказать, – бабушка Фая вдруг засмеялась тихим, скрипучим смехом, Маруся тоже криво улыбнулась.
– Иду, матушка! – крикнула девочка, а сама поближе придвинулась к бабушкиному лицу, склонилась над ним, чтобы услышать все, что она скажет.
– Слушай меня, внученька. Слушай, да запоминай! Чтобы согнать ведьму с насиженного места, нужно отыскать и уничтожить ее тайник. В тайнике она хранит не много, не мало, а свое сердце, проданное дьяволу.
– С-сердце? – заикаясь, спросила Маруся.
Глаза ее округлились, она даже рот открыла от изумления. Бабушка Фая кивнула и продолжила:
– Сердце ведьмы похоже на черный камень, его ни с чем не спутаешь. Если бросить это каменное сердце в огонь, ведьма закричит страшным голосом и вмиг ослабнет, превратится в дряхлую старуху.
Маруся отпрянула от бабушки Фаи, лицо ее сморщилось. Еще чуть-чуть, и она разрыдается, как маленькая.
– Нет! Я не смогу, бабушка, я очень боюсь ее! Я лучше попрошу отца, чтобы он меня к другим людям на постой определил. Буду молить его, пока не согласится!
У Маруси из глаз снова покатились крупные, прозрачные слезы.
Она и представить себе не могла, что, после всего пережитого, ей придется вернуться в дом попадьи. Бабушка покачала головой, вздохнула и крепче сжала руку внучки.
– Отец твой тебя не послушает. Он, как и все, кто к ней ходит, ослеп от ее колдовства. Тебя-то знаешь почему оно не ослепило?
Бабушка Фая хитро взглянула на Марусю, но та пожала плечами, тоскливо глядя в лицо старухе.
– Помнишь, я велела тебе кофту не снимать? Это не просто так! Заговоренная она. Я пока вязала, начитала на нитки заговор от ведьминых чар. Нить шерстяная заговор впитала и стала твоим надежным оберегом, защитой от ведьмы. И хорошо, что я так сделала! Как чувствовала, что тебя в той деревне опасность поджидает…
– Я не смогу, бабушка, не смогу! – плакала Маруся, шепча одни и те же слова себе под нос, – Мне очень страшно, бабушка! Я боюсь!
– Знаю, милочка, знаю, – бабушка погладила Марусину руку, как будто и вправду понимала, насколько жуткий страх сидит внутри девочки, – Я ведь еще меньше тебя была, когда мне с ведьмой впервые довелось встретиться…
– Так ты тоже видела ведьму, бабушка? – Маруся округлила глаза от удивления.
– Ой, девонька, так ведь немало ведьм-то вокруг. Кто-то больше детям вредит, кто-то меньше… Живут ведьмы, как обычные люди, ничем себя не выдают. Тех, кто к ним близко подходит, ослепляют чарами. Но уж коли ведьма какого ребенка выберет, чтоб силой его напитаться, то все, поминай того, как звали. Все силу из него выпьет, с ума сведет или совсем со свету сживет…
– Как же ты спаслась, бабушка? – спросила Маруся.
Старуха помолчала, потом открыла глаза и грустно проговорила:
– Мне тогда тоже никто из взрослых не поверил, кроме старой бабки. Она меня и спасла. Бабка моя была знахаркой, людей насквозь видела, силу имела в руках. Она сделала мне мощный оберег, заговорила его от ведьм. С тех пор он всегда со мной, храню и берегу его. Теперь вот и тебя он защитит…
Маруся вытерла слезы, и внезапно в глазах ее блеснули дерзкие огоньки. Раз уж бабушка не испугалась ведьмы, когда была ребенком, то и она не испугается. Девочка сжала зубы, подняла подбородок. Старуха не видела лица внучки, но почувствовала перемену в ее настроении.
– Вон сундук мой в углу стоит. Видишь, Маруська? Открой крышку, она тяжела, но ты уж постарайся. Там, в сундуке, на самом дне найдешь старую берестяную шкатулку, в ней спрятан льняной мешочек, а в мешочке том оберег лежит. Надевай оберег на шею и ни в коем случае не снимай. Поняла? Ни в коем случае! Чем бы тебя ведьма не приманивала, чем бы не пугала, оберег всегда должен быть при тебе, только так ты будешь под защитой.
– Поняла, – ответила Маруся.
Она потянула на себя тяжелую крышку старинного сундука. Крышка открылась с натужным скрипом. Маруся сунула руку в бабушкины платки, шали и кружева, пропахшие нафталином, до дна глубокого сундука было непросто добраться.
Наконец, она нащупала рукой шкатулку из бересты, открыла ее и достала из мешочка небольшой шарик из плотной рогожи, затянутый узлом и привязанный к веревочке. Маруся надела веревочку на шею, завязала крепко на узел.
– А что в этом обереге зашито? – спросила она, крутя в руках и внимательно рассматривая необычную вещицу.
– В нем сильнейшие заговоренные травы: разрыв-трава, плакун-трава и царь-трава. А еще внутри бабкин зуб. Да-да! Она его при мне кузнечными щипцами из своей челюсти выдрала. Как сейчас помню – я, маленькая, плачу от страха, а бабка с окровавленным ртом начитывает обережный заговор и кладет зуб вместе с травами внутрь оберега, да зашивает скорее, чтоб защита не выветрилась.
Бабушка Фая прикрыла глаза, лицо ее стало взволнованным. Наверное, в тот момент она перенеслась в свое детство и еще раз пережила те эмоции, которые ее, девчонку, так впечатлили.
– Ищи сердце ведьмы, Маруська! Ищи, но оберег не снимай, иначе пропадешь!
После этих слов глаза бабушки Фаи закрылись, и она погрузилась в сон.