Этот его монотонный голос доводил её до исступления, она хрипела и выдиралась из сдерживающих её пут, показывая, что не желает с ним общаться, и тогда палач начинал по его приказу закручивать тиски, и боль туманила разум настолько, что слезы у неё текли рекой, и ей самой начинало казаться, что она готова писать любые ответы, лишь бы её отпустили. Однако как только тиски чуть ослабляли и боль немного отступала, она вновь упрямо ломала вложенное в руку перо, поскольку внутренне была уверена, что ей ни в коем случае нельзя признаваться в сговоре с герцогиней.
– Зря, – в очередной раз тихо проговорил инквизитор, и палач уже вновь взялся за ворот тисков, но тут инквизитор вдруг сказал, что время молебна, и он продолжит допрос завтра утром, и у неё есть время подумать.
Палач предложил до утра её усадить на ведьминские козлы, стоящие неподалёку, обещая, что после ночи, проведённой на них, она станет намного более сговорчивой, но инквизитор проронил «ещё успеется» и велел заковать в это тяжёлое распятие. После чего её вместе с ним отволокли сюда и оставили на полу.
Перспектива ежедневно выносить пытки невероятно страшила, но что она может сделать? Всё же написать название городка, но не факт, что после этого её пытать больше не станут, скорее начнут ещё сильнее, получив подтверждение её сговора с герцогиней. И в результате всё равно сожгут.
От навалившейся жалости к себе защемило в груди и стало тяжело дышать. Она вся изогнулась и немного развернула распятие так, чтобы удобнее было лежать, и оно не столь сильно давило на грудь, но боль внутри не исчезла, наоборот, навалилась с новой силой.
В это самое время в замке звякнули ключи, дверь тихо отворилась, и в её камеру зашёл красивый черноволосый мужчина средних лет в чёрном плаще и с вороном на плече.
В первый момент Люсьене показалось, что это ей привиделось в окружающей полутьме, она даже зажмурилась и чуточку потрясла головой, но незнакомец от этого не пропал и, доказывая свою реальность, подошёл ближе.
После чего склонился над ней и, прижав палец к своим губам, показал, чтобы она молчала, а затем, разомкнув чём-то вроде отмычки удерживающие её руки и ноги крепления, помог подняться.
Потом достал из-под плаща скромное серое платье, протянул ей и едва слышно прошептал: «Надевай».
Люсьена быстро надела платье и, повинуясь жесту поманившего её за собой незнакомца, вышла из камеры, а тот, заперев за ними дверь, повёл её куда-то по хитросплетению коридоров и лестниц, потом вывел во двор и, усадив в стоящую неподалёку карету, после чего, скомандовав кучеру: «Трогай», сел рядом.
Они долго ехали, за окном кареты проплывали освещённые яркой луной ночные пейзажи, и всё происходящее напоминало Люсьене сон или сказку. Поэтому, нащупав рядом с собой на сиденье какую-то корзинку и заглянув в неё, она даже не удивилась, увидев в ней знакомого кота.
Потом незнакомец протянул ей лист бумаги и перо и произнёс:
– Место встречи напиши, если не хочешь пешком туда добираться, я подвезу.
Вместо названия города Люсьена написала: «Кто вы?»
– Её друг. Меня её кот позвал, поэтому я здесь, – тихо проронил незнакомец.
Кивнув, Люсьена вывела на бумажке название городка.
– Понятно, – проговорил тот, и, высунувшись из окна кареты, крикнул кучеру, чтобы ехал туда.
Больше он её ни о чём не спрашивал, но понимая, что без денег вряд ли сможет где-то переночевать, она сама написала дальше: «Мне надо там в таверне остановиться, а потом по ярмарке гулять».
– Я дам тебе денег, и ты сможешь это сделать, – последовал ответ.
Глава 57
Миранда стояла у арки сбоку от рыночной площади, скрытая от любопытных глаз горой пустых ящиков, наваленных неподалёку. Место наблюдения было выбрано идеально: при первой опасности сбежать можно было сразу в нескольких направлениях.
Однако опасности никакой видно не было. Ни охранников, ни соглядатаев, лишь торговцы сновали меж рядов, расставляя свой товар.
А потом из угловой таверны вышла Люсьена с большой корзинкой. Одна, без какого-либо сопровождения и достаточно спокойно стала прогуливаться меж рядов. Правда, одета она была совсем иначе, чем когда покидала замок, но, возможно, девушка это сделала сама, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Ведь деньги на покупку у неё были.
Понаблюдав за ней какое-то время, Миранда вышла на площадь, неспешно подошла к Люсьене, потянула за руку.
Та вздрогнула от неожиданности и в первый момент попятилась, не узнав её в скромном платье камеристки, а потом заулыбалась и, кивнув, показала, что готова следовать за ней.
Миранда, улыбнувшись в ответ, повела девушку через рыночную площадь, всё дальше и дальше уводя в тихие и малолюдные закоулки городка, при этом она периодически оглядывалась и проверяла, нет ли за ними слежки. Слежки не было, и Миранда расслабилась, перестала оглядываться и уже напрямую повела девушку к окраине городка, где их должна была ждать наёмная карета.
Однако, подойдя к ней, вместо уже знакомого возницы, она увидела на козлах Стива.
– Ты откуда здесь? – ничего не понимая, озадаченно осведомилась она.
