— Что… Что ты такое говоришь? — теперь она уже не могла держать себя в руках и смотрела Свенсону в глаза. Его облик не выражал ничего, кроме честности, но потом его взгляд стал расчетливым, и он улыбнулся, почти деловито.
— Если ты захочешь получить ответы, правдивые ответы, которые относятся и к исчезновению Вэла, ты можешь со мной связаться.
— Как? — вырвалось у нее прежде, чем она сумела сдержаться.
Имя Вэла все еще обладало силой удерживать ее от любых размышлений.
Свенсон не успел ответить, как здание сотряс мощный взрыв.
Рут свалилась с табурета и пролетела по грязному полу. Ударившись спиной об опрокинутый стул, она начала хватать ртом воздух. У нее было ощущение, что ее грудная клетка раздавлена, и она больше никогда не сможет дышать. С потолка сыпалась пыль, деревянные балки скрипели и обрушивались на людей и теневых созданий. Разрушенный потолок превратился в лавину обломков и кусков штукатурки.
Ей и другим посетителям едва удалось укрыться под массивным столом.
В ушах возник болезненный свист и какое-то время мешал ей сориентироваться. К тому же, у нее ныли все мышцы и дрожали руки и ноги.
Кашляя, она подождала, пока здание перестанет рушиться, затем выпрямилась и попыталась что-то разглядеть в наполненном пылью воздухе. Свенсон исчез, но зато она обнаружила множество других пострадавших коллег, которым она поочередно помогла выбраться наружу.
— …страшный взрыв…
— …Повстанцы… Какие разрушения…
— Невероятно!
— Подонки и ублюдки!
Окружающая многоголосица обрушились на нее и смешалась с тонким писком в ушах, который не хотел ослабевать.
На улице все выглядело еще хуже, чем внутри трактира. Несколько раненых сидели рядом, кашляя, перепачканные и истекающие кровью, и пытались помочь друг другу. Спешно прибыла охрана, захватив с собой целителей, которые кинулись к наиболее тяжело раненым и принялись спасать им жизнь. В одном месте был полностью разрушен даже асфальт.
Осыпавшиеся камни лежали огромной кучей, в которую был воткнут золотой флагшток. На нем развевалась рваная прямоугольная красная ткань, на которой белой краской была напечатана рука.
У подножия кучи стоял гладкий обломок штукатурки, где красной, еще влажной блестящей краской было написано: «Кровь 117-ти на ваших руках, ваше Величество».
Рут не потребовалось ломать себе голову. В Ночь Теней было ровно сто семнадцать жертв. Все было взаимосвязано. Взрывы, неожиданное появление Свенсона и ее продвижение по службе…
Она отвернулась и, растерянная, спотыкаясь, побрела прочь от места разрушения. Ей ведь даже не разрешалось покидать их квартиру. Скорее всего, ее уволили бы, если бы городская стража решила ее расспросить и задержала.
По дороге в квартиру она только и делала, что проклинала Свенсона с его мятежниками. Как ей теперь вывернуться из такого безвыходного положения!
Самым правильным было бы разыскать капитана Людуса и рассказать ему о Свенсоне, но ее сердце не лежало к этому, и его поддерживало любопытство. Какой информацией владел бывший охранник? Какую роль Вэл сыграл в этой игре? Она оказалась под воздействием каких-то высших, неведомых ей сил, и была неспособна их победить. Она чувствовала себя окруженной врагами со всех сторон.
Нет, ей нужно было больше времени, чтобы обдумать все это и в конце концов принять решение. Хотя она понятия не имела, как связаться со Свенсоном, теперь, когда он словно сквозь землю провалился.
Уныло, с поникшими плечами, она вошла в их дом, где царила суматоха. И хотя опять голоса показались ей слишком громкими, тем не менее она пришла в зал для собраний, где были все ее коллеги.
— Рут! — воскликнул Джеральд, мгновенно подойдя к ней и взяв за плечи. — Что с тобой случилось?
— Разве вы не видите? — встряла Мисти язвительно и показала на нее. — Она незаконно покинула квартиру и оказалась в самом центре нападения!
— Что ты видела?
— Были жертвы?
— Нам не разрешают пойти посмотреть.
Все затараторили одновременно, и головная боль Рут стала еще сильнее. Приложив руку к вискам, она поморщилась. На подушечках пальцев осталась кровь.
— Никто не погиб, — пробормотала она, отстранила руки Джеральда и повернулась к квартирмейстеру. — Извините, мне не следовало покидать квартиру. Я должна умыться.
Все замолчали, и она восприняла это как разрешение удалиться. В комнату, которую она делила с Силлой, за ней никто не последовал, чему она была более чем рада.
Рут еще не чувствовала себя способной спокойно беседовать. Машинально она начала раздеваться. И когда стягивала штаны, что-то предательски зашуршало.
Нахмурившись, она наклонилась и прощупала мягкую ткань. Из кармана ей в руку выпал листок бумаги, и она принялась рассматривать его с любопытством и некоторым возбуждением.
На нем не было написано ничего, но инстинкт подсказывал ей, что это от Свенсона. И поскольку раньше она, Вэл и Свенсон вместе выходили в ночные смены, они использовали известный трюк для передачи друг другу секретных сообщений.
